Анна подробно ответила на вопросы о новом законе о госпомощи. Фото Facebook

Вопросы и ответы с иммиграционным адвокатом Анной Даниелян

Анна подробно ответила на вопросы о новом законе о госпомощи. Фото Facebook

Недавно в группе «Рубика» в Facebook прошла сессия вопросов-ответов с иммиграционным адвокатом Анной Даниелян. 

Анна родилась и выросла в Ереване, Армения. Она получила диплом лингвиста и преподавателя русского языка в Ереванском государственном университете. Мечтала быть журналистом, сценаристом и даже писателем. После окончания университета приехала в Штаты по программе обмена, и Калифорния вскоре стала ей родным домом.

Долгое время Анна работала помощником адвоката и достигла неплохих результатов на этой должности. Она предоставляла услуги как независимый контрактор для многих адвокатов, один из которых подтолкнул ее пойти в юридическую школу. Училась на юриста Анна в Glendale University College of Law.

После получения лицензии адвоката начала частную практику и открыла свой офис. Ее фирма занимается семейной и рабочей иммиграцией, визами инвестора, убежищем и визами для талантливых.

В ходе сессии Анна ответила на вопросы читателей “Рубика” по иммиграции и уделила особое внимание проблемам, связанным с новым законом о госпомощи (“Public Charge”): кого коснутся новые правила, какие именно программы входят в список запрещенных, какие есть исключения, чем может быть чревато использование госпомощи, если вы ждете или скоро планируете запросить грин-карту.

Полный список вопросов можно найти здесь.

Кого коснутся новые правила о бенефитах? 

Иностранцев, подающих на смену статуса (по воссоединению семьи). Кроме того, иностранцы, желающие продлить свой гостевой статус, должны продемонстрировать, что с момента прибытия в США они не получали никакой госпомощи.

Есть ли исключения?

Лица, которые получают грин-карту через политическое убежище или через VAWA (супруг или супруга гражданина или резидента США, подающая за себя на основании домашнего насилия), беженцы, кубинцы и другие специальные иммиграционные категории исключаются из этого правила.

Влияет ли пользование Medicaid на получение в дальнейшем грин-карты?

Medicaid включен в список “опасных” бенефитов, если вы получали ее долгое время, например, для сиделки. И помните, что офицер будет рассматривать все обстоятельства “в совокупности”, то есть возраст, профессиональные навыки, знание языка, доход спонсора и т. д.

Какие бенефиты вообще считаются “опасными”? 

О классификации бенефитов можно прочесть в окончательной версии закона, которая опубликована на сайте Иммиграционной службы. 

Если человек получал бенефиты для детей, будет считаться, что он получал для себя? 

В финальной версии новых правил Иммиграционная служба пояснила, что получение бенефитов не для себя, а для третьих лиц (например, детей) не будет засчитываться как бенефиты, полученные иностранцем, подающим на статус резидента.

Будет ли взиматься вся соцпомощь, полученная иммигрантом, с его спонсора, уже с сентября? За старые бенефиты тоже придется платить? 

Вообще, спрос со спонсора по полученным пособиям — это далеко не новый закон, и очень многим уже приходилось с этим сталкиваться в какой-то период (ко мне обращались клиенты, у которых это случилось во время подачи на гражданство). Новый закон ничего не добавляет к этому требованию, так что не факт, что с вашего спонсора что-то будут взыскивать. Housing benefits не включаются в список бенефитов, которые могут повлечь за собой последствия. Это первое. Во-вторых, если вы не подаетесь на грин-карту сейчас, вас этот закон не касается. Подающих на гражданство этот закон тоже не касается. Но учтите, что и по старому закону, если вы получали денежную помощь по федеральным или штатским программам, которые были эквивалентны федеральным, с вашего спонсора могли бы потребовать возместить государству эти суммы. Я не часто сталкиваюсь с этой проблемой, но случаи были.

Если один из супругов подает на убежище, то его супруга будет “идти чемоданом” или для нее отдельная история нужна?

Если супруга находится в США, она будет включена в анкету и получит тот же статус, что и другой супруг, автоматом. Отдельной истории не требуется. Более того, супруг/а, как правило, не вызывается в кабинет, где проходит допрос. Офицер просто сверяет паспорт и просит подождать. Единственные вопросы, которые задают супругу, идущему “прицепом”, — это вопросы о военной подготовке и связях с террористами и т.д.

Как можно “отодвинуть” процесс воссоединения, если скоро подойдет очередь, но пока нет возможности переехать в США?

Вы можете начать процесс с визовым центром (NVC), но действовать очень медленно. NVC закрывает дело, если ходатайствующее лицо бездействует в течение года. Тот родитель, который подал на вас, может заплатить визовые налоги, а потом долгое время бездействовать. Начать анкету онлайн, но не завершать ее какое-то время. Тянуть с налогами и афидавитом о поддержке. Так можно растянуть время без того, чтобы NVC закрыло его. Если ваша очередь подступает только через 3 или 4 месяца, вы спокойно можете начать процесс (сделать оплату визовых пошлин) через пару месяцев после получения уведомления и дальше продолжать тоже не спеша. На весь процесс спокойно может пройти год. Потом еще дело должны будут перевести в консульство и назначить интервью, после прохождения которого у вас будет еще 6 месяцев до окончания визы/отъезда. Как раз вы уложитесь в 1.5-2 года.

Начинать новую жизнь в иммиграции сложно - многому нужно учиться почти с нуля, а рядом далеко не всегда есть те, кто поможет и поддержит.

“Рубик” очень хочет помочь людям переехать и преуспеть в США. Мы публикуем сотни материалов в месяц. Всегда подробную и проверенную информацию.

Мы общаемся с иммиграционными адвокатами и экспертами, чтобы они бесплатно отвечали на ваши вопросы и помогали не наделать дорогостоящих ошибок. Мы помогаем соотечественникам, оказавшимся в тяжелых обстоятельствах, и жертвам домашнего насилия. И мы создаем среду общения без агрессии и осуждения, модерируя для вас группы в фейсбуке.

Над “Рубиком” работает более десяти человек, и у нас много затрат - зарплаты, хостинг, почта и так далее. Мы не хотим вводить платную подписку, чтобы не лишить нуждающихся людей доступа к информации.

Поэтому в некоторые месяцы нам очень сложно перекрыть расходы. У нас нет внешних инвесторов со скрытыми мотивами (которые взамен денег всегда хотят влиять на редакцию). Проект основан и принадлежит журналисту и иммигрантке Катерине Пановой и живет исключительно за счет рекламных доходов и поддержки аудитории.

Пожалуйста, поучаствуйте в нашем стремлении помочь иммигрантам, поддержав редакцию. Даже несколько долларов, которые вы бы потратили на кофе, помогут нам подготовить материал, который сохранит кому-то последние деньги и не позволит отдать их мошенникам.