Убежище для ЛГБТ — как получить его в США
США c 1994 года признаёт преследования по признаку сексуальной ориентации как основание для предоставления политического убежища. В качестве такого преследования признаётся вред, наносящийся либо правительством, либо лицами, которых правительство не может или отказывается контролировать.
Как адвокат, я периодически отвечаю на вопрос «как же будут проверять на интервью принадлежность к ЛГБТ?». Хочу отметить, что любое решение по вашему иммиграционному делу остается на усмотрение офицера. Как и по другим категориям, которые обращаются за политическим убежищем в США, нет списка определенных доказательств, которые необходимо продемонстрировать на интервью. Вы приносите все то, что подтверждает страх возвращения в страну, откуда вы приехали, а также вашу принадлежность к ЛГБТ.
Рубрика «иммиграция» выходит при поддержке иммиграционного адвоката Елизаветы Саморуковой. Связаться с ней можно по телефону +1 (954) 374-9330, WhatsApp, Viber: +1 (786) 444-1284 или мейлу [email protected], а также через сайт.
Чаще всего, иммиграционные офицеры просят рассказать о своих прошлых романтических отношениях. И здесь все уже зависит как от самого человека (готов ли он детально поведать о своей сексуальной жизни), так и от офицера (насколько его будут интересовать очень личные подробности).
Хотелось бы отметить, что в присутствии третьего человека – адвоката – вопросы все же скромнее.
С клиентами, которые подают на политическое убежище по этой категории, мы обычно готовимся заранее, подбираем весомые доказательства. Некоторые из них приезжают в США парами, регистрируют союз, демонстрируют доказательства семейной жизни – страховку, арендованное жилье, совместные путешествия, участие в мероприятиях ЛГБТ-направленности.
При подаче на политическое убежище из России у нас есть очень весомый аргумент – закон, принятый в 2013 году, о «гей-пропаганде,» который без сомнения дискриминирует права представителей ЛГБТ в России. Не так давно в моей практике был случай, когда при отсутствии фактов преследования в прошлом мы смогли доказать потенциальную опасность в будущем при наличии этого закона.
Нетрадиционная пара из России обратилась ко мне, чтобы я представляла их интересы при подаче на политическое убежище. Было подано заявление от лица только одного из них, и это происходило еще во время бэклога – длительных сроков обработки заявлений и назначений интервью. Второй же молодой человек (не петиционер) был вынужден временно вернуться в Россию для прохождения медицинского лечения, несмотря на серьезные риски того, что его могут не впустить в США во второй раз. К счастью, все обошлось, а вот в январе 2018 года вступило в действие изменение о порядке проведения интервью. Получилось, что возвращавшийся в Россию супруг находился в США чуть меньше года, и у нас была возможность отправить заявление уже от его имени. Интервью было пройти несложно, с доказательствами вопросов не было, так как ребята активно участвовали в жизни ЛГБТ-сообщества в России: посещали конференции, выступали на них с докладами, оказывали помощь в организации ЛГБТ Олимпийских игр, писали многочисленные письма политикам о защите прав ЛГБТ в России и пересмотре законов. Так как один из них получил «белую карту» как беженец, то его супруг через несколько месяцев уже «воссоединился» с ним, как близкий член семьи, даже не доказывая фактов преследования.
Одна клиентка пришла ко мне, по ее мнению, с совершенно пустым кейсом – ее не избивали за сексуальные предпочтения, не сажали в тюрьму, не отказывали в работе. Но при детальном обсуждении было выяснено, что неоднократно поступали угрозы изнасилования, с целью «показать мужскую силу». Мы обсудили с ней, что угрозы тоже могут считаться своего рода притеснением, так как в США нет известного в странах бывшего СССР принципа «нет тела – нет дела». В итоге, девушка получила убежище и сейчас спокойно живет и работает, не защищая ежедневно свое право на сексуальные предпочтения.
Примечательно, что не всегда нужно являться членом ЛГБТ-сообщества, чтобы претендовать на убежище на этом основании.
Приведу пример из своей практики. Очень ухоженный, стильно одетый молодой человек, получивший хорошее образование в зарубежном университете. Когда он вернулся в свою страну после обучения, его пырнули ножом на улице, при этом высказав в грубой форме мнение о том, что этот молодой человек, по всей вероятности, является лицом нетрадиционной сексуальной ориентации. Хочу отметить, что он не принадлежит к ЛГБТ, но таковым его видели окружающие в его стране – это важно! В среде иммиграционных адвокатов это понятие называется «вмененный» (imputed). То есть imputed membership in LGBT тоже может быть вариантом для подачи и получения убежища в США.
Один из очень часто задаваемых мне вопросов: можно ли подать на грин-карту (грин-кард) по гетеросексуальному браку, если ранее просили убежище на основании принадлежности к ЛГБТ. Вопрос очень непростой, и самой первый шаг в анализе данной ситуации – это определить, была предоставлена ложная информация на каком-либо этапе иммиграционного процесса, и даже до него (например, при подаче заявления на визу в консульстве США). Затем необходимо определить причину такого «несоответствия», и если есть основания его объяснить (например, с помощью заключения психотерапевта, показывающего, как перенесенные в прошлом травмы могли сказаться на интерпретации своей сексуальности в той или иной момент времени), то можно, оценив все риски, подавать документы по новой категории.
Хотелось бы отметить, что ЛГБТ не самая простая категория для политического убежища, и я очень не рекомендую считать себя «самым умным» и ставить на «несколько лошадей» — претендовать на убежище, жениться и подать кейс по браку, а потом уже смотреть, какой вариант окажется «рабочим». При таком хаотичном движении бывает очень сложно расчистить все ошибки, так как каждая категория предусматривает разные условия и процессы.
