Дети и муж готовы к прогулке. Консьержи  на ресепшене уже забаррикадировались

Паникунапаузу: Катя вспомнила, что в кризис 2009 больше приобрела, чем потеряла

Анонимные алкоголики в парке – милейшие люди

Накануне нашего “ информационного тайм-аута” я легла примерно в четыре утра – все судорожно работала. Проснулась в час дня. Кажется, я так поздно не просыпалась никогда в жизни. Накопилась усталость, мы работали аврально всю неделю. Было настолько тяжело, что мне некогда было поесть (и покормить семью), и мы все немного похудели.

Выспавшись, уже лучше себя чувствуешь! Рука привычно тянулась проверить соцмедиа, но я быстро себя остановила.

В доме чудесно чем-то пахло. Это был завтрак, которого мне не досталось (дети съели все 8 яиц)…

Муж занимался нашим сыном и дочкой (4 и 2 года) с самого утра (другого выхода у него не было, дети угрожали посадить его в клетку, если он откажется). Все трое были довольны и веселы, но вот в доме был полный бардак. Я шутя спросила мужа, куда ж свалить-то, чтобы все еще было открыто? “В Китай!”, – нашелся муж. Он всегда был домосед и от карантина балдеет. Но теперь я не могу его пилить, что нужно куда-то выходить.

Я неспешно все убрала, запустила стирку, покормила домашних борщом, и мы отправились кататься в машине (иначе я не могу детей уложить на дневной сон, а не спамши они – маленькие монстры). По дороге я слушала любимые программы по приложению NPR ONe (National Public Radio) – Invisibilia, Hidden Brain, Ted Radio Hour. Я выбрала истории про неординарные подходы к борьбе с Эболой в Африке; английскую женщину, которая умеет определять в людях болезнь Паркинсона по запаху; выступление американки Клэр на сцене Ted (мы лично знакомы; она – специалист по дезинформации, объясняла, почему нашему мозгу так нравятся фейковые новости).

Дети и муж готовы к прогулке. Консьержи  на ресепшене уже забаррикадировались

Истории были интересные и напрямую не связанные с нашей реальностью, что непонятным образом внушало оптимизм и поднимало настроение. После конца каждой программы автоматически начиналась сводка новостей, но я успевала быстро выключить звук, чтобы придерживаться обещания не следить за тревожными сводками.

На трассе про текущую реальность напоминали электронные табло, которые предлагали зайти на сайт Нью-Джерси и все узнать про вирус. 

На бизнес “Рубика” карантин не повлиял негативным способом, мы привыкли работать онлайн, без физического офиса, в разных часовых поясах. Наоборот, у нас выросла посещаемость и появились новые рекламодатели. 

Но у меня всегда были очень масштабные планы на этот проект, а из-за кризиса я перестала работать в этом направлении. Разговор с нашим клиентом и моей подругой, чей бизнес очень просел из-за вируса, напомнил мне про мои мечты, и она выразила желание подключиться. Мы обе загорелись и начали моментально находить людей, которые могут помочь все собрать вместе. 

Происходящее мне напомнило кризис 2009. Тогда тоже каждый день мы слышали тревожные новости и многим было страшно. Меня сократили на работе, но я устроила по этому поводу вечеринку на 30 человек у себя дома. Я была счастлива и я была влюблена. Мы то валялись в кровати в его деревянном доме в заснеженном лесу и читали “Белую Гвардию” Булгакова, то судорожно пытались строить новый финансовый бизнес и работали сутки напролет. Итого: бизнес провалился, наши личные отношения не сложились, мне пришлось работать на трех работах, чтобы вернуть долги. Но это отнюдь не было плохим опытом. Мне нравилась каждая из тех трех работ, и именно на них я впервые приобрела опыт управления командой и выросла в карьерном плане. Я до сих пор дружу с тем бывшим возлюбленным. И общаюсь с коллегами с тех трех работ (дизайнер, с которым я тогда познакомилась в редакции, теперь помогает “Рубику”).

В то смутное время в 2009 я не потеряла, а приобрела.

За этот день тишины в 2020 я вспомнила то, что изучала еще на первом курсе специальности “Экономическая кибернетика” в киевском университете: кризисы в экономике случаются примерно раз в 10-12 лет. Все проходит, и это пройдет. 

День без соцмедиа и потока и мнений, и оценок оттуда принесет мне позабытое чувство уверенности, спокойствия и оптимизма (какая бы не была у меня толстая кожа, бесконечный поток обвинений, желчи и агрессии, с которым мы там сталкивается, не проходит бесследно). 

Возвращаться к реальности очень, очень не хотелось.

Больше историй от команды “Рубика” читайте здесь.

Начинать новую жизнь в иммиграции сложно - многому нужно учиться почти с нуля, а рядом далеко не всегда есть те, кто поможет и поддержит.

“Рубик” очень хочет помочь людям переехать и преуспеть в США. Мы публикуем сотни материалов в месяц. Всегда подробную и проверенную информацию.

Мы общаемся с иммиграционными адвокатами и экспертами, чтобы они бесплатно отвечали на ваши вопросы и помогали не наделать дорогостоящих ошибок. Мы помогаем соотечественникам, оказавшимся в тяжелых обстоятельствах, и жертвам домашнего насилия. И мы создаем среду общения без агрессии и осуждения, модерируя для вас группы в фейсбуке.

Над “Рубиком” работает более десяти человек, и у нас много затрат - зарплаты, хостинг, почта и так далее. Мы не хотим вводить платную подписку, чтобы не лишить нуждающихся людей доступа к информации.

Поэтому в некоторые месяцы нам очень сложно перекрыть расходы. У нас нет внешних инвесторов со скрытыми мотивами (которые взамен денег всегда хотят влиять на редакцию). Проект основан и принадлежит журналисту и иммигрантке Катерине Пановой и живет исключительно за счет рекламных доходов и поддержки аудитории.

Пожалуйста, поучаствуйте в нашем стремлении помочь иммигрантам, поддержав редакцию. Даже несколько долларов, которые вы бы потратили на кофе, помогут нам подготовить материал, который сохранит кому-то последние деньги и не позволит отдать их мошенникам.

Adblock
detector