Дарья Жук: «В роли американского консула снялся мой муж»

Дарья Жук: «В роли американского консула снялся мой муж»

Дарья Жук. Фото Игоря Чищени

Зрители 9-го Одесского международного кинофестиваля проголосовали за фильм об иммиграции и постсоветском пространстве. По итогам подсчёта голосов, Гран-при получил «Хрусталь». Это первая крупная награда кинорежиссера белорусского происхождения Дарьи Жук. Над фильмом она трудилась почти семь лет.

По сюжету, минчанка Эвелина Сорока, для друзей Веля, мечтает побывать в Чикаго и стать ди-джеем. Вопреки стереотипам о Беларуси, на её пути нет железного заслона, но появляются  хрустальные лебеди и рюмки. Изобличающая советские взгляды на Родину и отношения картина о 1990-х. С того времени хрусталя в сервантах стало не меньше. Больше о фильме читайте здесь.

Дарья Жук живёт в Нью-Йорке. Окончила Гарвардский и Колумбийский университеты. Во время фестиваля мы встретились с режиссёром, и она поделилась своим опытом иммиграции и творчества.

Сцена в американском консульстве в Минске. Фото Игоря Чищени

«Отрефлексировать период от начала независимости Беларуси»

Даша,  чем вам интересны именно 1990-е?

Это время, в котором я выросла, мой личный опыт. Потом я уже много путешествовала, училась в Америке. Хотелось рассказать о том мире, который я хорошо знаю.

Сейчас, конечно, история Вели с визой наобум не могла бы повториться, об иммиграции информации гораздо больше.

В отношении Беларуси много стереотипов и мало информации. Ди-джеи, которые показаны в вашем фильме, не сидят без работы? Насколько на подъёме электронная музыка в Беларуси?

Сейчас это направление привлекает гораздо больше и профессионалов электронной сцены, и тех, кто следит за её развитием и ходит на вечеринки. Уже подросло новое поколение с тех пор, как я тусовалась :-). Известные зарубежные ди-джеи не редкость. Раньше было сложно кого-то привезти  – все боялись ехать в Беларусь. Но сейчас какие-то отношения между компаниями и агентствами завязались, и гости едут без страха.

Дарья приехала в США по студенческой визе. Фото Игоря Чищени

Что изменилось для претендентов на визу в США?

У нас [в Беларуси] появилось больше возможностей. Уезжая, ты уже не испытываешь ощущения, что бросаешь навсегда свою семью и страну. Мы интересуемся, чем живёт мир, у нас больше возможностей путешествовать. Есть скайп, вайбер – общаться гораздо проще.

Какие цели поездок в США популярны сейчас в Беларуси?

Наверное, туризм и деловые поездки. Многие мои друзья с удовольствием путешествуют, работают летом. Очень популярны программы Work&Travel. Это вообще интересная тема – люди, которые приезжают поработать на лето.

Некоторые герои фильма немного иронично отзываются об Америке. Что вообще думают белорусы о США?

В фильме Веля заявляет, что просто хочет посмотреть мир, но, конечно же, она мечтает поехать в США и там остаться. И ее выбор задевает своей смелостью тех, кто считает, что жить надо на Родине. Например, маму Вели. До сих пор такой конфликт характерен. Например, у меня есть одна школьная подруга, которая меня постоянно критиковала: «Как ты можешь там учиться? Это же ужасная страна!».

Сама тема Родины обсуждается часто – в том смысле,  где лучше, «там» или «здесь». Сформировалась Беларусь, и начался этот процесс самоопределения. И, конечно же, мы постоянно себя сравниваем. Есть такой момент: «Вот мы маленькая страна. А кто мы? А что мы? Как мы отличаемся от других?». Вокруг этого все болезненное и неустоявшееся, неопределенное пока.

Независимость мы только в 1991-м году получили. И у нас много вопросов на эту тему. Мне кажется, что у нас есть желание отрефлексировать этот период от 1990-х до наших дней.

Какие самые популярные стереотипы о белорусах в США вы встречали?

Это женские стереотипы общие – укранские, русские и белорусские – о женщинах легкого поведения. Считают, что они ищут лёгкой наживы и хотят выйти замуж за богатого человека… Надеюсь поднять эту тему в одном из моих следующих проектов.

«Нью-Йорк – это как бесконечный бег»

Как вы сами оказались в Штатах?

Поехала учиться по программе по обмену на год. Это был последний класс средней школы, я была отличницей. Познакомилась там с женщиной, которая рассказала о возможности поступить в университет. Тогда я стремилась совсем в другие дали, хотелось учиться в Москве. Но оказалось, что учиться в Америке дешевле. То есть, проще было поехать в эту маленькую школу в США, ведь там предложили стипендию и очень звали.

Наверное, вы заинтересовали преподавателей своими способностями?

В Минске у меня была очень хорошая школа с английским уклоном. Но вообще в Штатах всегда стремятся к diversity – чем больше разных людей собираются вместе, тем лучше. Так что в любом университете всегда есть процент международных студентов, их поддерживают. Вот руководству небольшого женского колледжа и показалось, что Беларусь – это интересно. И там я познакомилась с потрясающими молодыми людьми из Казахстана, из Украины, из Франции, из Африки. И это было очень полезно для развития кругозора.

Учились по студенческой визе? Как сложилось с видом на жительство?

Да, я по ней училась очень долго, и потом получила рабочую визу. И уже по ней меня проспонсировала компания как выдающегося сотрудника с неординарными способностями. Теперь, когда у меня есть вид на жительство, стало гораздо легче. Очень сложно было с визами, прямо больная тема. Весь процесс, от учебы до работы и до получения вида на жительство занял 12 лет.

Подробнее о том, как иммигрировать по ЕВ-3, читайте здесь

За что вы любите Нью-Йорк?

За его мультикультурность и невероятную жизненную энергию. Это такая волна, которая тебя поднимает и заставляет бежать. И люблю, и иногда не люблю его за этот бесконечный бег и интенсивность.

Чем запомнилось обучение в Колумбийском университете?

– Во-первых, это очень долгий путь. Я там проучилась 5 лет по очень насыщеной программе. Постоянно приглашали на встречи много именитых гостей-кинематографистов. В университете есть несколько потрясающих профессоров. К примеру, Эрик Мендельсон мог по 12 часов читать лекции. Мы приходили на следующий день, а он предлагал продолжить обсуждение. Это был такой гипноз.
Дарья на съемочной площадке. Фото Игоря Чищени

Было много практики в процессе обучения?

Очень много практики, мало теории.

На каком курсе вы сняли фильм «Настоящая американка»?

Это моя дипломная работа. И еще одна есть – «То, что тебя не убьёт». Мы снимали фильм каждый семестр, просто бесконечный круг.

«Типажи постсоветского пространства универсальны»

Расскажите, пожалуйста, о работе международной команды «Хрусталя» в Беларуси.

В Беларусь приехала оператор Каролина Коста. Она родом из Бразилии, но живет в Мексико-Сити и часто бывает в Лос-Анджелесе. И это заслуга Валеры Дмитроченко, нашего продюсера белорусского, который попытался съемочную группу, насколько это возможно, подобрать под неё, чтобы хотя бы кто-то, говорил по-английски. И у нас общение на английском и русском происходило, было много смешных моментов в этом смысле. Мы пытались работать с переводчиком, но отказались, чтобы ускорить процесс. В целом, у нас была белорусская команда. Дистанционно за проектом наблюдали продюсеры, но на съемках их не было.

Хельга Ландауэр (девичья фамилия Ольшванг) родом из Москвы и сама прожила переломный момент 1990-х до того, как переехала в Нью-Йорк. Мы много обсуждали сценарий. Я поездила по деревням, показывала фотографии и рассказывала ей истории. Многие типажи постсоветского пространства универсальны. А колорита Беларуси добавили талантливые актеры и небольшие изменения на площадке уже в Минске. Хельга удивительный проницательный талантливый сценарист тут в таланте дело, а не в практическом исследовании на местности.

Насколько удобны в Беларуси законы в отношении сопродукции?

Беларусь не входит в Евромаж, и у нас нет сопродукционных соглашений. Я надеюсь, это изменится в какой-то момент. Если бы мы были более интегрированы в международные проекты, было бы легче делать сопродукцию. На данный момент все достаточно сложно и непродуманно.

Бюджет у фильма был небольшой. Что мотивировало съемочную группу?

Сам интересный проект – международный, классный. Ребятам тоже казалось, что это интересное кино.

В роли консула — муж Дарьи. Фото Игоря Чищени

Настоящий забор американского консульства вам снять не разрешили. А как было со съемкой самой сцены собеседования? Очень реалистично получилось.

Спасибо, мы старались. В роли консула – мой муж. Команда об этом не знала. Когда его загримировали, действительно решили, что это сотрудник консульства.

Кадр из фильма. Фото Игоря Чищени

Как вы отреагировали, когда узнали, что фильм выдвигается на «Оскар»?

Было как-то удивительно, too much. Моей задачей было как раз показать «Хрусталь» зрителю белорусскому.  Хочется растянуть немножко удовольствие, и я просто пытаюсь об этом не думать.

Кому принадлежат права на фильм, кто будет финансировать оскаровскую промо-кампанию в США?
Права частично принадлежат мне, частично продюсерам. У «Беларусьфильма» небольшая часть финансирования, и в нашем случае страна, наверное, не будет вкладывать деньги в имиджевый пиар. Конечно же, я ищу финансовую поддержку.

Какой приз или кинопремию вы считаете главным признанием для кинорежиссёра?

Для меня это была бы Пальмовая ветвь Каннского кинофестиваля. Я больше слежу за европейским кино.

Зрители 9-го Одесского международного кинофестиваля проголосовали за фильм об иммиграции и постсоветском пространстве. По итогам подсчёта голосов, Гран-при получил «Хрусталь». Это первая крупная награда кинорежиссера белорусского происхождения Дарьи Жук. Над фильмом она трудилась почти семь лет. По сюжету, минчанка Эвелина Сорока, для друзей Веля, мечтает побывать в Чикаго и стать ди-джеем. Вопреки стереотипам о Беларуси, […]

Начинать новую жизнь в иммиграции сложно - многому нужно учиться почти с нуля, а рядом далеко не всегда есть те, кто поможет и поддержит.

“Рубик” очень хочет помочь людям переехать и преуспеть в США. Мы публикуем сотни материалов в месяц. Всегда подробную и проверенную информацию.

Мы общаемся с иммиграционными адвокатами и экспертами, чтобы они бесплатно отвечали на ваши вопросы и помогали не наделать дорогостоящих ошибок. Мы помогаем соотечественникам, оказавшимся в тяжелых обстоятельствах, и жертвам домашнего насилия. И мы создаем среду общения без агрессии и осуждения, модерируя для вас группы в фейсбуке.

Над “Рубиком” работает более десяти человек, и у нас много затрат - зарплаты, хостинг, почта и так далее. Мы не хотим вводить платную подписку, чтобы не лишить нуждающихся людей доступа к информации.

Поэтому в некоторые месяцы нам очень сложно перекрыть расходы. У нас нет внешних инвесторов со скрытыми мотивами (которые взамен денег всегда хотят влиять на редакцию). Проект основан и принадлежит журналисту и иммигрантке Катерине Пановой и живет исключительно за счет рекламных доходов и поддержки аудитории.

Пожалуйста, поучаствуйте в нашем стремлении помочь иммигрантам, поддержав редакцию. Даже несколько долларов, которые вы бы потратили на кофе, помогут нам подготовить материал, который сохранит кому-то последние деньги и не позволит отдать их мошенникам.

Translate »