Задержки в иммиграционных судах увеличились. Дел стало почти на 200 000 больше
Идея оценивать иммиграционных судей по числу закрытых дел потерпела неудачу — отставание в их рассмотрении увеличилось на 26%. Согласно аналитикам из Сиракузского университета, число дел возросло с 655 932 до 830 000.
На самом деле, ситуация еще более плачевная, так как эти данные не учитывают тысячи кейсов, отложенных из-за самого длинного правительственного шатдауна в истории США. Примерно 400 иммиграционных судей около месяца не могли работать, и пришлось отменить 60 000 слушаний.
В Американской ассоциации иммиграционных адвокатов заявляют, что сократить отставание не получилось, несмотря на то что судей принуждали «с бешеной скоростью» принимать решения и закрывать дела. Средняя продолжительность ожидания рассмотрения кейса выросла на месяц — до 746 дней.
Большое количество незавершенных дел усложняет работу иммиграционным судьям, а нелегальным иммигрантам часто лишь продлевает срок пребывания в США. Негативно влияет это и на адвокатов, особенно из правозащитных групп, а наличие у иммигранта юридического защитника крайне важно для исхода дела. С октября 2000 года по ноябрь 2018 года около 82% людей без адвокатов были либо депортированы, либо отказались от своих дел и покинули страну добровольно. У иммигрантов, воспользовавшихся услугами адвокатов, негативный результат составляет 31% рассмотренных дел.
Почему задержки растут
По данным Департамента юстиции, число незавершенных иммиграционных дел за последние годы резко возросло: с 300 000 в 2011 году до 650 000 в декабре 2017 года.
Администрация Трампа обвинила в проблеме Барака Обаму и его иммиграционную политику, заявив, что «изменения в политике в последние годы замедлили рассмотрение существующих дел и стимулировали дальнейшую нелегальную иммиграцию, которая привела к новым делам». В частности, речь шла об иммигрантах с защитой DACA и о депортации людей лишь за серьезные криминальные преступления. Это, по мнению Белого дома, стимулировало приток нелегальных иммигрантов в США.
Но многое изменилось и за время президентства Трампа. Проблемы начались после противоречивых постановлений бывшего генпрокурора Джеффа Сешнса и иммиграционного плана Департамента юстиции, который обнародовали в декабре 2017 года. Его назвали «всеобъемлющей стратегией для значительного сокращения объема дел к 2020 году». Чиновники предупреждали, что «размер ожидаемой загруженности … не изменится в одночасье», но на существенный рост незавершенных кейсов не рассчитывали.
План по сокращению отставания включал в себя ряд спорных решений. Сешнс ограничил возможность судей закрывать дела иммигрантов без серьезных криминальных нарушений (эта практика помогала бороться с задержками) и возобновил 8 000 дел, которые уже были закрыты. Потенциально решение Сешнса может добавить 350 000 дел к уже существующим.
Кроме того, судей «подгоняли» и привязывали индивидуальную оценку их работы к количеству закрытых кейсов. В 2019 году их обязали справиться с 700 депортационными случаями.
Все эти решения Сешнс выносил самостоятельно. Он имеет право лично интерпретировать некоторые законы и фактически диктовать вердикты иммиграционным судьям.
Фото: immigrationimpact.com
Иммиграционный суд зависит от Департамента юстиции. В отличие от обычных, иммиграционные судьи не являются независимыми, они — часть Департамента юстиции. Из-за этого генеральный прокурор является одновременно главным прокурором по иммиграционным делам и главным начальником судей.
Национальная ассоциация иммиграционных судей уже давно призывает конгресс прекратить «конфликт интересов» и отделить иммиграционный суд от Департамента юстиции. «Разрешать использовать суд в качестве инструмента для правоохранительных органов, <…> неэффективно», — заявила президент Национальной ассамблеи иммиграционных судей Эшли Табаддор.
Но есть и другая версия. По словам Стивена Легомски, главного юрисконсульта Департамента внутренних дел по вопросам иммиграции в 2011-2013 годах, существенный рост арестов при небольшом увеличении персонала — основная причина более серьезных задержек с рассмотрением иммиграционных дел.
«При прежних администрациях мы думали: «Давайте не будем тратить наши ограниченные ресурсы на людей, которые собираются получить легальный статус». Отмена этого правила резко увеличила количество дел», — заявил Легомски.
