NEW YORK, NY - MAY 30: Colombian immigrant Paola Parra (L) takes her oral citizenship test at the U.S. Citizenship and Immigration Services (USCIS) Queens office on May 30, 2013 in the Long Island City neighborhood of the Queens borough of New York City. The branch office is located in an area heavily populated by immigrants and processes thousands of green card and U.S. citizenship applications each year. (Photo by John Moore/Getty Images)
Курс на ужесточение в рассмотрении прошений об убежище

Курс на ужесточение в рассмотрении прошений об убежище

Иммиграционный офицер может проигнорировать все доказательства преследования на родине. Фото defense.gov

Представьте себе следующие факты: человек, назовем его Х, высказал свое мнение о каком-то аспекте внутренней или внешней политики в своей стране. Допустим, это Россия. Х озвучил свою позицию по вопросу о Крыме и политике в отношении Украины или о казнокрадстве среди чиновников силовых структур, или о нарушениях в президентских выборах, а, может, и то, и другое, и третье. За это Х был избит, судя по всему, представителями силовых структур, а после того, как он, избитый и попавший в больницу, подал жалобу в полицию, то оказался в еще более худшей ситуации: он стал подозреваемым в сфабрикованном уголовном деле.

Спонсор рубрики «Иммиграция» —  Елизавета Саморукова. Связаться с ней можно по телефону (также Whatsap, Viber) +1-786-444-1284 или по почте: [email protected]

В качестве доказательств Х предъявил фотографии, на которых он с окровавленным лицом и кровоподтеками под глазами лежит в машине скорой помощи, затем в больнице. Фотографии сделал друг Х. Этот друг подписал заявление, подтверждающее тот факт, что он сделал эти фотографии в таком-то месте и такого-то числа. Заявление было заверено у нотариуса.

Далее, Х приложил копию повестки на допрос в одну из правоохранительных организаций в качестве подозреваемого. На интервью Х очень хорошо отвечал на вопросы, не противоречил ни самому себе, ни представленным документам.

Интервьюирующий офицер был вежлив и доброжелателен, в конце интервью пожелал Х успеха.

На суде шансов выиграть дело больше. Фото juridipedia.com

Ответ пришел стандартный: дело передается в суд (то есть начало депортационного процесса), так как Х не удалось доказать, что его уже преследовали в России, а также, что существует разумная вероятность, что его будут там преследовать по возвращении.

Нанесенные травмы, госпитализация, сфабрикованный уголовный процесс (все это на основании публично озвученного политического мнения), заключение эксперта по ситуации в России, оказывается, не достаточны для того, чтобы признать все то, что произошло с Х, преследованием, а также признать, что существует разумная вероятность, что преследование продолжится, если Х вернется на родину.

На суде шансов выиграть дело больше, поскольку судьи умнее, образованнее и более либеральны, нежели иммиграционные офицеры.

Однако, если дело Х попадет к одному из свирепых судей, то история может повториться. В таком случае подается апелляция в инстанцию, которая называется Board of Immigration Appeals. С перечисленными фактами и при условии, что Х хорошо давал показания в суде, апелляцию, наверное, утвердят, и дело отправят обратно в суд для нового слушания с учетом резолютивной части решения апелляционной инстанции.

На этом этапе прошение об убежище скорее всего утвердят. Стоимость всего этого процесса, как может, догадаться читатель, составит весьма солидную сумму. Времени на весь процесс также уйдет немало.

Итак, иммиграционная служба не признала преследованием избиение и сфабрикованное уголовное дело.

Иммиграционная служба проигнорировала представленные доказательства и мнение эксперта. Отправляя дело в суд, иммиграционная служба не выразила сомнения в подлинности документов или в правдивости показаний Х. Иными словами, ответ был абсолютно шаблонным – не удалось доказать, и все тут. Идите в суд и там доказывайте.

А вывод из этой истории один – дело должно быть подготовлен о с особой тщательностью, так как существует большая вероятность, что оно окажется в суде, причем не из-за вашей ошибки или недобросовестности адвоката, а просто потому, что сверху была дана команда взять курс на ужесточение. Бюджет на весь процесс должен закладываться с учетом отказа на первом этапе, поскольку бессмысленные, неоправданные, шаблонные отказы становятся все более частым явлением. Общение со многими адвокатами подтверждают это наблюдение.

Представьте себе следующие факты: человек, назовем его Х, высказал свое мнение о каком-то аспекте внутренней или внешней политики в своей стране. Допустим, это Россия. Х озвучил свою позицию по вопросу о Крыме и политике в отношении Украины или о казнокрадстве среди чиновников силовых структур, или о нарушениях в президентских выборах, а, может, и то, и […]

Борис Палант
Автор |
иммиграционный адвокат с 34-летним опытом работы

Translate »