Обуза для общества: иммиграционные последствия от социальных бенефитов — часть 1

Обуза для общества: иммиграционные последствия от социальных бенефитов — часть 1

Часто за помощью государства обращаются матери-одиночки. Фото cloudfront.net

Автор — Наталья Полухтин

Слова public charge в иммиграционном контексте звучат сейчас гораздо чаще, чем обычно, и, кажется, я еще никогда не получала столько вопросов относительно возможных последствий злоупотреблений социальными бенефитами.

Причина возросшего интереса к термину известна — несколько месяцев назад в средства массовой информации просочился черновик президентского постановления об ограничении доступности бенефитов для иммигрантов и потенциальных иммигрантов, а также об усилении санкций за злоупотребление ресурсами, которые иммигрантам вовсе не предназначались.

Хотя текст президентского постановления силы закона не приобрел, многие косвенные признаки указывают на то, что пользоваться общественными ресурсами без иммиграционных последствий становится все сложнее.

Предыстория

Взглянем на предысторию вопроса. Сам термин «public charge» был в ходу еще в те времена, когда весь иммиграционный процесс ограничивался прохождением досмотра сошедших с парохода в Нью-Йорке. Новоприбывшие иммигранты должны были показать пограничному офицеру наличные средства, достаточные для того, чтобы добраться до города и оплатить жилье на месяц. Эта сумма считалась достаточной гарантией того, что свежеиспеченный иммигрант не станет немедленно обузой для общества.

Термин «public charge» был в ходу еще в те времена, когда иммигрантов досматривали после схождения с парохода. Фото technobuffalo.com

Потом страна богатела, критерии социальной щедрости менялись, и постепенно сформировалась система, которая практически уравняла в доступе к социальным бенефитам американских граждан и легальных иммигрантов (о нелегалах речь пойдет отдельно).

В 1996 году, при клинтоновской администрации, был принят Personal Responsibility and Work Opportunity Reconciliation Act, который закрепил право на социальную поддержку исключительно за гражданами и теми постоянными резидентами с грин-картой, которые прожили в Америке не менее пяти лет. Это положение, несмотря на его неочевидность, остается действующим законом и по сей день, хотя и обросло рядом исключений.

Кто является «общественной обузой»

Что же такое этот таинственный «public charge», то есть «общественная обуза»? Дословный перевод статьи закона говорит нам, что обузой для общества считается лицо, «зависящее от правительства в поддержании своей жизнедеятельности, что демонстрируется либо получением финансовой поддержки, либо содержанием за счет правительства в финансированных государством учреждениях». 64 FR 28689.

Вторую часть определения можно проигнорировать, как случай не сильно распространенный (обычно он касается необходимости долгосрочного содержания иммигранта в медицинских учреждениях за счет государства). А вот «финансовая зависимость от правительства» — явление интересное и заслуживающее развернутого разговора.

Общественная обуза — это лицо, которое зависит от государства. Фото americasretirementincome.com

Пояснительный комментарий к тексту закона предписывает иммиграционным службам учитывать такие факторы, как возраст, здоровье, семейное положение, образование, наличие сбережений и особых навыков, при вынесении заключения о том, является ли человек финансовой обузой для США. Это параметры субъективные.

Но есть еще и факторы объективные — использование тех или иных ресурсов, которые иммигрантам не положены.

Самые известные из этих ресурсов — Supplemental Security Income (SSI) и Temporary Assistance for Needy Families (TANF).

Эти две программы, хотя и описываются обычно как cash benefits, то есть помощь деньгами, совсем не обязательно подразумевают выплату каких-то денежных сумм иммигранту: это могут быть продукты, субсидированное жилье, бесплатная страховка. Основное в оценке ситуации — источник финансирования полученного бенефита.

Предполагая, что, дочитав до этого места, интересующиеся немедленно поспешат в комментарии с вопросом, является ли та или иная программа «cash assistance benefit», вынуждена сказать, что ответа на этот вопрос у меня нет. Дело в том, что одна и та же программа может называться в разных штатах по-разному. Например, федеральная CHIP в определенных штатах действует под аббревиатурой HELP. Вариантов возможны миллионы, и ни один адвокат не держит в голове классификацию всех аббревиатур программ штатов.

Совершенно не имеет смысла спрашивать меня про иммиграционные последствия для «вашего знакомого», который получил льготы на продукты или бесплатную страховку по какому-нибудь плану MAPA, ACCESS, FAMA, или любой другой буквенной комбинации. Каждый случай обсуждается индивидуально и применимо к источнику финансирования программы и условиям получения «плюшек».

Злоупотребление бенефитами

Теперь немного о любимой нашими соотечественниками концепции «а зачем нам все это давали, если не положено?».

Несколько лет назад я коротала время в комнате ожидания для посетителей местной депортационной тюрьмы и разговорилась там с бывшим соотечественником, навещавшим свою престарелую маменьку. История её незатейлива. Предприимчивая дама на собственном опыте убедилась в лёгкости получения всяческих государственных радостей жизни, если в соответствующем офисе заполнить нужные формы, посетовать на отсутствие дохода и преклонные годы и не упоминать о начисляемой на родине пенсии.

Получив всякие вкусные пряники, дама дала объявление в русскоязычную газету и начала обучать других пенсионеров механизму получения бесплатных продуктов, медицинского обслуживания и денежной помощи. Бизнес попал на радар прокурорского офиса, расследующего мошенничества со страховками. Даме по причине преклонных лет и деятельного раскаяния нарисовали небольшой условный срок.

Но ситуацией заинтересовались и иммиграционные службы, поэтому на момент моего случайного знакомства в стенах казенного дома пенсионерка проживала на полном государственном обеспечении уже несколько месяцев и в ближайшей перспективе у неё было путешествие на историческую родину тоже за счёт американских налогоплательщиков.

Не факт, что подарок от государственных щедрот не будет иметь иммиграционных последствий. Фото apflcpa.com

Мораль из этой истории простая: даже если иммигранту удалось беспрепятственно получить какие-либо социальные бенефиты, совсем нет гарантии, что этот подарок от государственных щедрот не будет иметь иммиграционных последствий.

Не забывайте о принципе суверенитета: у штатовского правительства нет ни обязательств, ни полномочий контролировать соблюдение резидентами штата федеральных (в данном случае — иммиграционных) законов.

Если по закону штата сотрудник школы должен проверить, проживает ли семья ученика в приписанном к этой школе округе, именно это сотрудник школы и будет проверять. Иммиграционный статус ребёнка школу не интересует. Если для получения какой-то определенной страховки нужно всего лишь показать доход ниже определённого уровня, клерк, оформляющий страховку, не обязан проверять ничего, кроме налоговой декларации, показывающей доход. Иногда проверить может, но не обязан.

На этом я сделаю паузу. Вторая часть текста будет о том, как эти увлекательные соображения вплетаются в текущую иммиграционную политику.

Автор — Наталья Полухтин Слова public charge в иммиграционном контексте звучат сейчас гораздо чаще, чем обычно, и, кажется, я еще никогда не получала столько вопросов относительно возможных последствий злоупотреблений социальными бенефитами. Причина возросшего интереса к термину известна — несколько месяцев назад в средства массовой информации просочился черновик президентского постановления об ограничении доступности бенефитов для иммигрантов и […]

Наталья Полухтин
Автор |
иммиграционный адвокат с офисом в Финиксе