Мега-слушания, сжатые сроки и увольнение судей: что происходит в иммиграционных судах
Слушания в иммиграционных судах становятся все более тяжелым испытанием для иммигрантов. Увольнения судей приводят к накоплению нерассмотренных дел. В результате дела объединяют в мега-слушания для быстрых решений. Это сложно и нервно. Но на помощь приходят волонтеры.
Иммиграционный процесс — под давлением из-за больших задержек в рассмотрении заявлений о предоставлении убежища, нехватки иммиграционных судей и массовых слушаний, призванных ускорить депортации.
Особенно напряженная ситуация в заливе Сан-Франциско, где остался только один иммиграционный суд.
Конкорд: много дел – мало судей
В Калифорнии сейчас зарегистрировано 340 000 дел иммигрантов. Большая их часть была передана в ведение суда города Конкорд. После закрытия суда в Сан-Франциско в мае, иммиграционный суд Конкорда стал единственным судом, обслуживающим район залива Сан-Франциско. Подробнее читайте в этой статье.
Из 21 иммиграционного судьи, работавшего в начале года в двух иммиграционных судах в центре Сан-Франциско, осталось только двое. В Конкорде же осталось всего восемь иммиграционных судей,
Когда число судей сокращается — просители убежища оказываются в плачевном положении. Их дела либо не получат должного внимания, либо останутся в правовой неопределенности на годы.
Поэтому у Трампа придумали устраивать мега-слушания, когда на 1 заседание приглашают 100 и больше иммигрантов и часто выносят решения «оптом». Подробнее мы писали в этой статье.
Некоторым внезапно приходилось готовиться к эти мега-слушаниям в кратчайшие сроки, хотя ранее было назначено слушание в 2027, 2028, 2029 годах. И за неделю до суда приходил перенос.
Как проходять слушания в иммиграционном суде в заливе Сан-Франциско – рассказывают журналисты организации American community media.
«Мы начинаем замечать, что количество людей, являющихся на заседания, уменьшается. Например, могу сказать, что на второй день на судебное заседание было запрошено около 100 человек. Но явилось около 40», — говорит Серхио Хайме Лопес, координатор по защите прав граждан в некоммерческой организации Safe Center в округе Контра-Коста.
Юристы утверждают, что цель ускорения и объединения слушаний состоит в том, чтобы вынести больше приказов о депортации. Многие иммигранты не являются на эти масштабные слушания либо из-за короткого срока уведомления, либо из-за опасений быть задержанными или депортированными. Те, кто не является, получают приказы о высылке.
«Это ужасно, потому что в Сан-Франциско уволили многих судей, которые исторически очень часто одобряют заявления о предоставлении убежища » , — отмечает Лопес.
Почему увольняют иммиграционных судей
Джеремайя Джонсон — уволенный в прошлом году судья иммиграционного суда Сан-Франциско. Сейчас он исполнительный вице-президент Национальной ассоциации иммиграционных судей – бывшего профсоюза, лишенного аккредитации первой администрацией Трампа.
Экс-судья рассказывает, что с самого начала рабочая обстановка была сложной, но динамичной, судьи сотрудничали и наставляли друг друга.
«Работа была значимой. Нам приходилось сталкиваться с трудностями, но при этом мы чувствовали, что делаем все правильно», — говорит он. « Думаю, многих из нас уволили, включая меня, за то, что мы выполняли свою работу. Мы видим здесь администрацию, которая не хочет проводить слушания».
За время работы в Сан-Франциско нагрузка на Джонсона значительно возросла: с двух дел в день в первый год до шести дел в день к моменту его увольнения в ноябре. Еще до проведения масштабных слушаний он назначал даты слушаний на декабрь 2028 года.
«Людям в районе залива потребуется гораздо больше времени, чтобы добиться справедливости в суде… и это влияет на то, купите ли вы дом или нет, в какую школу отправите своего ребенка. Стоит ли мне жениться или нет? Стоит ли мне заводить ребенка?… В сегодняшней атмосфере страха царит неопределенность. Смогу ли я добраться домой с работы, чтобы увидеть своего ребенка? И многие из этих людей имеют смешанный статус: семьи, дети — граждане США, супруги — граждане США. Стоит ли мне пойти на игру моего ребенка в софтбол? Стоит ли мне пойти на прием к врачу? Я боюсь, что меня могут арестовать, и я больше никогда не увижу свою семью. Именно эта неопределенность усугубляется этими закрытиями».
Джонсон стал замечать, что люди всё чаще предпочитают депортироваться самостоятельно, просто чтобы избежать ареста.
«Условия содержания под стражей таковы, что люди не выдерживают ни дня больше», — сказал он. «Однажды я выступал в суде, и там была женщина, у которой были веские основания для иска, которая въехала в Соединенные Штаты законным путем. У нее не было адвоката, и первое, что она сказала, это то, что она хочет выйти, что она не может выдержать ни дня больше в заключении. Поэтому она отказалась от своего дела в тот же день и вернулась в свою страну. В тот день слушания не было. Это юридическая стратегия, чтобы лишить людей возможности предстать перед судом».
Быстрые переносы суда – проблема для подготовки
Хлоя Чабаранек — директор по иммиграционному праву в общественном ресурсном центре La Raza в Сан-Франциско.
Она рассказывает, как готовила клиентов к каждому сценарию, подбирала свидетелей, собирала родственников и знакомых. И в последнюю минуту узнавала, что слушание перенесено, иногда даже без уведомления о новом слушании.
«Это немного расстраивает, мягко говоря», — говорит Чабаранек. «Мы проверяем каждую неделю. Мы проверяем их номер, и там написано, что никаких предстоящих слушаний нет… и нам приходится сидеть с ними и просто сочувствовать, потому что в конце концов мы сами ничего не знаем, верно? Мы просто делаем все возможное, чтобы держать их в курсе».
Она говорит, как непросто подготовить просителей убежища к рассмотрению их дел, поскольку часто это вызывает травмирующие переживания.
Волонтеры помогают иммигрантам в суде
Серхио Хайме Лопес, координатор по защите прав граждан в некоммерческой организации Safe Center в округе Контра-Коста прибывет в иммиграционный суд Конкорда. Вот-вот начнётся слушание, и он обходит зал. На испанском языке рассказывает о последних новостях трём женщинам в коридоре, связанным с просителем убежища. Затем он передаёт инструкции двум волонтёрам о том, какие ресурсы следует предоставить людям, покидающим зал слушания. Он тихо перебрасывается парой слов с одним мужчиной, вручая ребёнку книжку с картинками.
«Они просто хотят быть детьми. А играть им не с чем, поэтому мы просто даем им книги. Так они могут немного отвлечься», — говорит он.
Родителям он раздает информационные пакеты. В них содержатся списки организаций по всей Калифорнии, предоставляющих бесплатные или недорогие юридические консультации, а также контакты адвокатов Калифорнийской коллегии адвокатов.
Наконец он входит в зал суда, где на переполненных скамьях судью ожидают около 30 человек.
Он сам иммигрант, потому помогает таким же приезжим.
Родившийся в Никарагуа, Лопес в 2019 году отправился на север, к границе США, и подал заявление на получение убежища в Сан-Диего. Ему не удалось найти адвоката, и после нескольких слушаний его неожиданно задержали на шесть месяцев.
«Я не понимал, почему меня так долго держали под стражей или в тюрьме. Для меня это было ужасно, потому что ты словно живешь в подвешенном состоянии. Ты не знаешь, что делать. Ты не знаешь, каким будет будущее. Особенно потому, что у меня есть семья».
Находясь под стражей, он начал самостоятельно изучать основы иммиграционной системы США в библиотеке центра содержания под стражей. Он писал письма в организации, оказывающие юридическую помощь, и в конце концов его дело было рассмотрено. Он добрался до района залива Сан-Франциско, куда впоследствии последовали его жена и дети.
Это одна из главных причин, почему Серхио Хайме Лопес каждый день находится в суде, помогая иммигрантам разобраться в этой ставшей уже кафкианской системе иммиграционных судов. Он видит в этом способ использовать знания, полученные им во время пребывания в иммиграционной тюрьме, — чтобы передать их другим.
«Когда я приехал сюда, в район залива, меня поддержало большое сообщество, и здесь до сих пор очень много людей, общественных организаций и межконфессиональных объединений, которые заботятся об иммигрантских общинах и семьях иммигрантов, и они разделяют многие ценности, которые я разделяю и сейчас. И вместе мы действительно сильны», — говорит он.
