Медбрат из скорой помощи в Нью-Йорке: снимите перчатки, принесите нам хлорки

Он работает медбратом в одном из госпиталей Нью-Йорка, в ER (отделении “неотложной помощи”) вот уже десять лет. Он – иммигрант из одной из русскоязычных стран. Работа Валерия (мы его так будем называть, хотя это не его настоящее имя) никогда не была простой. Но сейчас превратилась в пекло из-за наплыва пациентов с коронавирусом. За смену он не успевает даже поесть – да и боится это делать на работе из-за риска заразиться. Ему приходится ухаживать за несколькими тяжелыми пациентами одновременно, бороться с буйными, выписывать домой едва оклимавшихся, распределять новоприбывших и отбиваться от родственников, которых к больным не пускают. А когда приходит домой, Валерий не может нормально спать – просыпается среди ночи, меряет температуру – боится, что заразит жену и дочку.  

Читайте рассказ этого медбрата от первого лица.

Среди прочего, Валерий объясняет, как они пытаются не допустить нехватки аппаратов искусственной вентиляции легких; чем лечат зараженных; что делает его семья, чтобы не заразиться; чем медикам могут помочь все остальные. 

Все началось в домах престарелых

Мы получили первых пациентов с подозрением на коронавирус около трех недель назад. До этого люди приходили “просто провериться”: у них были слабые симптомы, и они хотели убедиться, не заражены ли они. Мы делали мазок и отправляли [в лабораторию штата], тестов на месте тогда еще не было. Практически все показывали отрицательный результат. 

По словам губернатора Куомо, Нью-Йорк достигнет пика эпидемии через две недели. Фото thenation.com

Именно поэтому первое время врачи и медперсонал не относился к коронавирусу со всей серьезностью. Думали, это просто паника. 

А затем к нам стали поступать пожилые пациенты из домов престарелых. Там заражение было почти мгновенным.

Родственники одного из пациентов были недавно за рубежом, подхватили вирус, симптомов у них не было.

Отправились в дом престарелых, повидались с родственником, заразили его, тот сразу же передал вирус дальше, в том числе и медсестрам, которых там, в принципе, никто не защищает. Они редко даже маски носят. 

Никто ничего не заподозрил, у пожилых почти всегда кашель. Поэтому очень быстро дом престарелых превратился в бомбу, готовую взорваться. Так и вышло. Медсестры отправились по домам – по дороге заразив людей в автобусе. А дома – свою семью. 

Так мы и получили больше 10 000 больных. Сейчас наш госпиталь переполнен больными коронавирусом. И я уверен, что им заразится почти весь медперсонал. 

Как мы не допускаем дефицита аппаратов вентиляции легких

Мы принимаем только пожилых и тех, у кого уже проблемы с дыханием или другие серьезные симптомы. Остальных отправляем домой, на карантин. 

Самые тяжелые – на аппаратах искусственной вентиляции легких. Мы уже используем клапаны, чтобы раздваивать.

Как только пациент идет на поправку, его сразу же отправляют домой.

Потому что аппарат необходим для других, тяжелых пациентов, мы пытается предотвратить их нехватку.

Аналогично с подачей кислорода тем, кто дышит сам. В больнице возле кроватей есть вывод воздуха, кислород поступает из общебольничной системы, и мы его тоже можем раздваивать. Однако в этом случае нужно постоянно следить за состоянием больных лично, человеку (то есть мне), а не полагаться на аппараты. Ведь из-за того, что раздвоили, автоматика не сможет сообщить, что у пациента возникли проблемы. 

Как только пациент показывает улучшение, мы его сразу отправляем домой, чтобы освободить место для более тяжелых. 

Лечим кислородом, витамином С, противомалярийным и Z-pack 

Наша задача – быстро стабилизировать пациента. Это бывает сложно, потому что вирус очень быстро поражает легкие, альвеолы заливаются водой, открывается дорога для бактерий, развивается пневмония. Мы даем антибиотики, но у них есть побочные эффекты – они влияют на сердечную мышцу. Это может быть летально даже для молодых пациентов, у которых раньше не было проблем с сердцем вообще. Что уж говорить о пожилых. 

Лечим витамином C, колем его внутривенно.

Он помогает иммунной системе, но у пожилых с их проблемами со здоровьем он не очень хорошо работает. Еще даем противомалярийное средство в сочетании с Z-pack [“зитромаксом”, антибиотиком]. 

В бой идут одни старики

Многие врачи и медперсонал не хотят работать в таких условиях, своя жизнь дороже. Поэтому у нас сейчас острая нехватка профессионалов. Особенно сложно молодым людям, они к такому стрессу не готовы. Тут нужно быть бойцом, выполнять все приказы руководства и не ныть. Поэтому на передовой сейчас много пожилых врачей, особенно азиатов. У тех философия отличается, они считают:  чему быть, того не миновать, работают, пока не свалятся. Я, хоть и не азиат, но я ними на одной волне. Я – солдат. 

Почему нам так сложно работать

Первая проблема – нехватка масок, халатов и защитной одежды. 

Вторая проблема – паникующие люди, которые приходят в больницу толпами, лишь бы их проверили. На ресепшене у нас сейчас никого нет. Они просто проходят. Ладно, если им действительно плохо. Но нет, у некоторых нет даже кашля. Эти люди просто хотят сделать тест, хотя коронавируса у них, скорее всего, еще нет. Но они подхватывают его, когда переступают порог больницы. 

Третья проблема – мы заражаем больных другими болезнями. Не стоит забывать, что их  – и несчастные случаи – никто не отменял! К примеру, пациенту нужно переливание крови. Мы таких отделяем шторкой от остальных. Но такие люди все равно, в 80% случаев, подхватят сейчас вирус в больнице, от зараженных их отделяет только эта шторка. 

Четвертая проблема – мешающие работать люди. У нас сейчас нет секретарши, которая отвечает на звонки, поэтому телефон просто разрывается. Иногда приходится самому трубку поднимать – и с того конца на тебя выливается просто поток оскорблений и обвинений. На меня вываливают даже семейные конфликты: “Почему вы поговорили c Машей, она бабе Розе – никто, говорите со мной!”. Все мы сделали не так, еще и на звонки не отвечаем или отвечаем недостаточно быстро. Общаться с такими людьми сложно, они слышать ничего не хотят, да и время отнимают (помните, мне нужно лично стоят над больными на вентиляции?).  

Вы можете помочь больницам, пожертвовав маски, хлорку, дезинфицирующие средства и бутилированную воду. Фото abc7news.com

В масках сложно дышать

Самая серьезная проблема – постоянная усталость и стресс.

Моя смена длится 12 часов.

После нее я еще остаюсь и заполняю документы. После больницы я – как скисший салат, знаете, такой, который вы в тепле оставили на два дня.  

На работе пот течет со лба, сил нет. В масках очень тяжело дышать, ты же в ней целый день, к физической нагрузке добавляется недостаток кислорода.  Поесть или выпить кофе я почти всегда не успеваю, да и вообще страшно. Многие медики сейчас пытаются не есть и не пить вообще за смену. Потому что для этого нужно снимать маску. Я заразиться не хочу. 

Вот и попробуй поработать в условиях, когда тебе нечем дышать, нельзя есть,  даже думать сложно. 

А ведь надо не только откачивать пациентов, но и успокаивать их. 

Вокруг – кровь, люди кричат и плюются, бросаются. У многих пожилых, поступающих к нам из домов престарелых, развилась деменция, которая усиливается, когда кислород перестает поступать в мозг в нужных количества. Тогда они начинают вырываться, пытаются ударить нас. Я же должен успевать уворачиваться, вколоть лекарство. Я как жонглер.  

Как я прихожу домой

Каждый день живу в надежде, что никого не заражу. Мне самому очень страшно, не хочу подставить под удар свою семью. Каждый день я возвращаюсь домой и раздеваюсь на улице, до трусов, возле гаража (а у нас нежарко ведь, плюс 5-10 в основном). Стою голый на улице, складываю все вещи в пакет и бегу в дом, чтобы принять душ. 

Ночью я не могу толком спать. Я просыпаюсь и измеряю себе температуру – а вдруг подхватил вирус от больного, который кашлянул вчера мне в лицо. 

Сколько нам платят

Я слышал, что люди думают, что мы сейчас получаем по $200 в час. Это неправда.

В среднем медбратья и медсестры получают $50 час. Смена длится 12 часов.

Обычно у меня три смены в неделю, но сейчас всех просят выходить внеурочно. “За коронавирус” не доплачивают.

И из этих $50 люди в среднем в итоге видят половину. У нас есть федеральный налог, налог штата, налог города. Еще платишь за профсоюз и за свою медстраховку. 

Сейчас медсестринские агентства из-за кризиса предлагают работу за $90 в час.

Но это нужно уйти со своего места работы, ехать в другую больницу, где ничего не знаешь, не твоя команда, новая обстановка. В некоторых штатах еще и предлагают единоразовую доплату – около $2000.

Мне такого не надо, стресс и неудобства тех дополнительных денег не стоит. И я не собираюсь бросать свою больницу.

Чем вы можете помочь

– Если вы не умираете, если у вас просто простуда, невроз, спина болит, мысли болят, не звоните, не приходите в больницу. Если вы придете к нам, вы вирус зацепите. Если вы не можете дышать – вот тогда вам нужно в госпиталь, чтобы получить кислород.

– Если в больнице ваши родные, не названивайте – мы заняты тем, что их лечим. Если у вас большая семья, не звоните каждый – пусть состоянием больного интересуется один человек и передает другим.

– Если у вас есть маски N95 – отдайте нам (хотя, если вы уже раскрыли пакет, не факт, что у вас их возьмут). 

– Передайте в больницы спирт, хлорку, дезинфицирующие салфетки (типа Clorox Wipes), термометры. Их уже не купить. Этого не хватает. Конечно, у разных больниц разная ситуация с запасами этого всего и средств защиты. Но я бы лично взял у кого-то бутылку хлорки для дезинфекции в больнице, хоть сегодня.

– Не заказывайте нам еду и кофе, нам некогда и страшно это есть и пить. Но, опять-таки, я лично боюсь ходить пить к общему фонтанчику с водой. Я бы взял запечатанные бутылки с водой, думаю, коллеги бы тоже не отказались.   

Валерий уверен, что быстрое распространение коронавируса в Нью-Йорке началось с домов престарелых. Фото usaherald.com

Как вам не заразиться

Недавно видел, как в парке гуляет множество людей, даже не держа дистанцию. Это очень опасно, пожалуйста, не делайте так. 

Понимаю, что совсем не выходить из дома не получится. Я и сам гуляю с дочкой, но хожу в малолюдные места. Например, на спортплощадку в близлежащей школе, где вообще никого нет. И мы при этом оба в масках. 

Не покупайте готовые полуфабрикаты в супермаркетах.

Только то, что потом необходимо термически обработать. И ни в коем случае не прикасайтесь к совочкам для набора такой еды наразвес!  Они – настоящий рассадник заразы. 

Будьте осторожны с доставкой еды – она создает иллюзию безопасности, хотя вирус может жить на коробках и пакетах много часов, а то и дней. 

Стирайте вещи на самой высокой температуре, если есть режим с паром – то с паром. И обязательно используйте сушку. 

Пейте лимонный сок, ешьте лимоны  – там много витамина C.

Но только если у вас нет проблем с желудком.

Мойте руки 20-30 секунд, чтобы была пена.

Снимите перчатки

Перчатки вам не помогут.

А то, что их выбрасывают на пол возле супермаркетов – так вообще отвратительно.

Перчатки нужно уметь правильно надевать и снимать (скорее всего, вы не умеете). Они предназначены на короткий срок использования – взять какую-то вещь и перенести ее. А затем перчатки нужно сразу снять и выбросить. 

В перчатках, которые вы надеваете, скорее всего, очень быстро появляются маленькие дырочки, незаметные глазу. Через них вирусы и бактерии проникают к вам на кожу, и там в прекрасно себя чувствуют.  А вы, пребывая в иллюзии, что вы защищены в перчатках, не моете руки. И дальше это разносите.

Еще на эту тему

Индустрия секс-услуг на карантине: риск против денег

Трамп играет в гольф и пишет твиты о зубном протезе Нэнси Пелоси

Работа после карантина: переезд, удаленка и роботы

Начинать новую жизнь в иммиграции сложно. “Рубик” облегчает этот путь. Наша цель – помочь иммигрантам достичь успеха в США. Для этого мы пишем статьи, снимаем видео, отвечаем на ваши вопросы, организовываем семинары, создаем среду общения без агрессии и осуждения в наших соцмедиа.

Над “Рубиком” работает более десяти человек, и у нас много затрат – зарплаты, хостинг и так далее. У нас нет внешних инвесторов со скрытыми мотивами. Проект основан и принадлежит журналисту и иммигрантке Катерине Пановой. “Рубик”  живет исключительно за счет рекламных доходов и поддержки аудитории.

Пожалуйста, поучаствуйте в нашей миссии помощи иммигрантам. Ваш взнос пойдет на подготовку материалов, которые помогут конкретным людям – найти работу, избежать депортации, распознать мошенников.

Поддержать Рубик
Рубик, помоги
Adblock
detector