17 июня 2021

Как россияне получили иммиграционную визу для ребенка в Турции

Фото: Aviso Law

Мария приехала в США по турвизе в 2013 году, случайно познакомилась здесь с будущим мужем и в родной Нижний Новгород уже не вернулась, а в 2014 получила грин-карту по браку. Теперь она живет в Иллинойсе.

В конце 2017 года Мария получила гражданство и в марте 2018-го подала петицию на воссоединение с мамой, которая жила в России. Вся процедура заняла год, и уже летом 2019 мама без проблем приехала в США и получила грин-карту. Все прошло гладко.

У Марии есть младший брат 2008 года рождения. Он не смог бы автоматически получить грин-карту вместе с мамой, а срок ожидания его кейса (по категории воссоединение с братьями/сестрами) составил бы несколько лет.

Поэтому сразу же, как только мама получила грин-карту, она подала документы уже на воссоединение со своим несовершеннолетним сыном.

Поскольку мама является единственным родителем мальчика (папа умер еще до рождения ребенка, во время маминой беременности), то она не могла бросить его одного в России. А бабушки-дедушки, по словам Марии, слишком старые, чтобы возложить на них такую ответственность.

Так что мама, получив грин-карту, оформила re-entry permit (разрешение на повторный въезд) и вернулась на родину, к сыну.

“Это разрешение действует только два года. И если бы мы не завершили этот процесс до осени 2021 года, то она не смогла бы снова въехать в Америку и даже, возможно, лишилась бы грин-карты”, – говорит Мария.

О том, как выехать из США и не потерять статус (гид по проездным документам для беженцев, заявителей и держателей грин-карт), можно узнать из этой статьи “Рубика”.

“В апреле 2020 года мамина петиция была одобрена – и буквально через пару дней пришел номер из NVC и разрешение прислать все документы, – рассказывает Мария. – Уже к середине мая мы отправили все необходимое”.

В июле пришел запрос дополнительной информации по поводу трудоустройства Марии, потому что она выступала в качестве ко-спонсора. Она дослала нужные документы – и осенью кейс был полностью готов.

Потом из-за пандемии все зависло, оставалось просто ждать, не зная, когда дело сдвинется с этой точки.

Суд не помог

“Где-то в декабре на форумах стали мелькать сообщения, что люди подавали коллективные иски в суд против бана Трампа на въезд, препятствующего воссоединению семей. Особенно насчет петиций грин-кард-холдеров на несовершеннолетних. И якобы они получали иммиграционные визы, несмотря на то что посольства не работали, – вспоминает Мария. – Мы тоже присоединились в январе к коллективному иску”.

Но через суд решить эту проблему не удалось – все слишком затянулось, и к тому же за это время Байден уже отменил бан на въезд. К слову сказать, решение суда (отрицательное) Мария получила лишь недавно, уже после того, как они получили визу в Турции.

Мария писала запросы в посольство США в России, но они тоже никак не помогли.

Они пошли другим путем

Вскоре Мария узнала (в частности из обсуждений в группе “Рубика” по иммиграции) о том, что есть возможность перевести кейс из посольства США в России в какую-то другую страну.

Наши читатели делились историями, как их знакомые выезжали в другие страны, чтобы решить там свои дела в местных посольствах США.

“Рубик” также провел на эту тему видеосессию с опытным иммиграционным адвокатом Ириной Шабетаев.

Но у мамы и брата Марии шенгенских виз не было, к тому же из-за пандемии во многие страны попасть было нереально.

Поэтому список доступных стран был очень коротким: Украина, Казахстан и Турция. Мария слышала, что в первых двух – уже огромные очереди.

Поэтому ее выбор пал на Турцию. Она отправила в посольство письмо, где описала всю ситуацию. Приложила справку от психолога о том, что у подростка околоневрозное состояние из-за страха остаться одному и из-за неопределенности будущего. Тем  более этот возраст – очень сложный в психологическом плане. Также приложила сертификат о смерти отца мальчика.

Письмо Мария отправила 1 апреля, и уже через несколько дней ей ответили, что принимают их кейс, и попросили сообщить, когда мама с братом смогут прилететь в Турцию.

Посольство само запросило кейс в NVC, уже через три дня кейсу был присвоен новый номер и он был в посольстве США в Анкаре. 

“Нужно было сразу сообщить дату, когда мы сможем прилететь, потому что там действует такое правило, что они могут принять только тех, кто к моменту интервью физически находится в Турции не менее 10 дней, – рассказывает Мария. – Это, как объяснили,  в качестве антиковидной меры”.

Беда пришла откуда не ждали

Но, по словам Марии, “беда пришла откуда не ждали”. Билеты у них были на 15 апреля – и накануне Россия объявила, что именно с 15 апреля приостанавливает авиасообщение с Турцией.

Они едва успели поменять билеты на 14 апреля и сделать тесты на ковид.

После прилета мама и брат сразу отправили в посольство штампы о пересечении границы – и им назначили дату интервью на 29 апреля. То есть нужно было просто ждать, что они и делали.

За это время они прошли всю “медицину”, там тоже есть свой медцентр. А российские справки о прививках с переводом там приняли без проблем.

И вдруг через некоторое время появляется новость, что Турция закрывается на полный локдаун именно с 29 апреля.

Мария снова написала в посольство с просьбой перенести интервью хотя бы на день раньше – и им снова пошли навстречу.

А уже в посольстве перед самым интервью маме сказали заполнить форму 221 (запрос дополнительных документов),  хотя, по словам Марии, в их кейсе точно все это было. Кроме того, нужно было прислать по почте паспорт.

Марии пришлось разбираться насчет отсутствия документов. Выяснилось, что запрос был неправомерным и что это была исключительно ошибка сотрудника местного посольства.

Но как бы там ни было, маму и брата в тот день “развернули”.

Возможно, предполагает Мария, это случилось из-за ограниченного знания английского у мамы – она не могла сразу объяснить, какие документы у них есть и что эта форма просто не нужна.

А потом посольство полностью закрылось на три недели – и никакие кейсы не рассматривали вообще, только “вопросы жизни и смерти”.

29 апреля мама послала им паспорт сына обычной почтой, а Мария снова написала в посольство, еще раз отправила по имейлу все формы. 

“Оставалось только молиться, чтобы локдаун не продлили, – делится Мария. – Мы очень нервничали”.

Счастливый конец

Посольство открылось 17 мая – и уже 21 мая статус кейса поменялся на “виза выдана” (visa issued).

Паспорт из посольства отправили обычной почтой, и 25 мая мама и брат пошли получать его на почту (ребенок должен был присутствовать лично).

А на следующий день первым рейсом они вылетели через Стамбул в Чикаго.

“В аэропорту Чикаго все прошло без проблем, хотя говорят, что здесь самые жесткие иммиграционные офицеры, – вспоминает Мария. – У мамы даже не спросили re-entry permit, просто пустили по грин-карте, хотя она не была в Штатах полтора года”.

Мария считает, что несмотря на множество проблем, им повезло, что посольство в Турции пошло им навстречу, в отличие от Москвы.

“Теоретически, все могло бы быть хуже”, – говорит Мария.

Что касается расходов:

– Билеты Москва-Анкара в один конец на двоих примерно $600 (цена апреля); 

– Квартира $1400 с 14 апреля по 25 мая;

– Билеты Анкара-Чикаго на двоих в один конец $1800;

– “Медицина” $350;

– Плюс питание.

Еще на эту тему

Обнаружен новый штамм коронавируса. США закрывают сообщение с восемью странами

Байден возвращает правило “Оставайся в Мексике” для просителей убежища

Что дарить в 2021 году: лучшие подарки, от которых любой будет в восторге

Начинать новую жизнь в иммиграции сложно. “Рубик” облегчает этот путь. Наша цель – помочь иммигрантам достичь успеха в США. Для этого мы пишем статьи, снимаем видео, отвечаем на ваши вопросы, организовываем семинары, создаем среду общения без агрессии и осуждения в наших соцмедиа.

Над “Рубиком” работает более десяти человек, и у нас много затрат – зарплаты, хостинг и так далее. У нас нет внешних инвесторов со скрытыми мотивами. Проект основан и принадлежит журналисту и иммигрантке Катерине Пановой. “Рубик”  живет исключительно за счет рекламных доходов и поддержки аудитории.

Пожалуйста, поучаствуйте в нашей миссии помощи иммигрантам. Ваш взнос пойдет на подготовку материалов, которые помогут конкретным людям – найти работу, избежать депортации, распознать мошенников.

Поддержать Рубик
Заказать консультацию