Иммигрант и гей: чеченец Лео о том, почему он стал изгоем в США
“Рубик” продолжает серию статей, посвященных ЛГБТ-сообществу. В предыдущем материале мы писали об украинце Богдане Глоба, активисте, который рассказал, как создавалась “украинская колонна”, почему некоторые геи поддерживают Путина и как он сам совершил каминг-аут.
Герой нынешней статьи — чеченец Лео. Это не настоящее его имя, но под ним его знают многие. У Лео было два гей-клуба в Москве. И у него статус ВИЧ+. А также у него огромный конфликт с некоторыми русскоязычными активистами и, в том числе, с организацией RUSA LGBT, крупнейшей организацией для русскоязычного ЛГБТ-сообщества.
На обвинения Лео ответил Алексей Горшков, герой следующей статьи. Он сооснователь RUSA LGBT, бежавший из России после преследования ФСБ.
Как вы приехали в США?
Я приехал в США недавно. До этого у меня в Москве было два гей-клуба, очень популярных. Как минимум половина города меня знала, а уж геи, те и подавно. Клубы славились своими вечеринками, которые там проводились. Потому что добавлялись в них элементы шоу, у нас выступали крупные эстрадные певцы, крутые диджеи.
Конечно, без внимания полиции ни клубы, ни я не остались. Меня задерживали, бывало и нападали, избивали. Когда был первый бар — часто.
Мне в то время угрожали. Сейчас сложно сказать, за что конкретно: может, за ориентацию, может, за национальность, но преследовали.
Я принял решение бежать в США после нападения, в результате которого чуть не остался инвалидом.
Подал на убежище. На четвертом месяце пребывания в Нью-Йорке я прошел иммиграционное интервью и получил одобрение своего заявления на убежище. Но случилась история, которая перевернула всю мою жизнь здесь. И неожиданно для самого себя в США я теперь для русскоязычных активистов гей-персона нон-грата. От меня отрезали почти все русскоязычное ЛГБТ-сообщества в США. А лишь потому, что я сделал замечание за ксенофобные высказывания ЛГБТ-активистов, в том числе и в RUSA LGBT, и других группах для геев- выходцев из постсоветских республик в США.
У вас конфликт почти со всеми русскоязычными группами для ЛГБТ в США. Как так вышло?
Однажды мне попался на глаза пост в Facebook, где русскоязычный ЛГБТ-активист скинул ссылку на статью про гомофобные страны и подписал это словами “самая страшная и ужасная национальность в мире — Чечня (чеченцы)”.
Это вначале меня удивило. Я думал, что он ошибся с переводом. Во-первых, я изучил статью. И даже первоисточник. Там действительно указывалось, что в Чечне геям живется несладко. Но про то, что Чечня (чеченцы) — самые страшные и ужасные ни слова. Я подумал тогда, что возможно, ЛГБТ-активист просто не понял смысл. Ведь нельзя же смешивать происходящий террор в республике и чеченцев (всю нацию целиком) — это ксенофобия.
Я пробовал ЛГБТ-активисту это объяснить, но в ответ получил оскорбления и тогда я написал ответный пост, без тэгов и всего такого. Сказал, мол, ты и так поймешь, что я пишу о тебе. Слова твои были некорректны. Но думаю, ты просто ошибся в формулировке. И если ты тот, кем себя представляешь (общественный ЛГБТ-активист), то ты это сам поймешь и сам. Подкорректируешь пост, ибо пока он выглядит ксенофобским.
Далее это все переросло просто в какую-то невиданную форму. ЛГБТ-активисту настолько не понравилось то, что я пытался донести, что ксенофобия это не хорошо (особенно для ЛГБТ-активистов), что мне он стал угрожать и шантажировать. В этой ситуации RUSA LGBT, сотрудничавшая с этим активистом, оказала ему поддержку.
В итоге я получил только многочисленные угрозы в свой адрес.
Посещать группы поддержки для русскоязычных ЛГБТ-людей и другие публичные мероприятия от RUSA мне нельзя.
Я буду подавать на них иск в американский суд, потому что такое преследование должно наказываться судом.
И вот что самое главное: почему ни RUSA, ни другие группы для ЛГБТ меня не поддержали? Может, потому что я пытаюсь донести неудобную мысль, что не все чеченцы — кадыровцы? Вам так неуютно думать, что есть “нормальные” чеченцы? И что не все режут геев на улицах?
Почему RUSA так отреагировала на ваш конфликт?
Что же касается RUSA LGBT, то тут мое мнение однозначное: это организация с колониальным и имперским взглядом на остальные страны бывшего Союза. Она “подмяла” под себя всех и якобы представляет выходцев из постсоветского пространства. На самом деле она душит любые начинания снизу, и ни один член сообщества не может влиять на верхушку или принятие решений, в том числе и в отношении Алексея Горшкова, еще одного героя материалов “Рубика”.
Каждый, кто приходит в RUSA, становится, максимум, волонтером.
У RUSA свои интересы, в том числе финансовые, и ее акции, часто, формальные, такие как, например, поддержка чеченских геев.
Я, кстати, до сих пор не знаю, куда уходят пожертвования для русскоязычных ЛГБТ, в том числе и чеченских, получаемые через сайт этой организации. Они очень мало тратят на мероприятия, но при этом получают донаты [пожертвования]. Когда у нас еще были нормальные отношения, я пытался перевести им деньги, на счет их некоммерческой организации. Так вот, выяснилось, что счета такого нет, они не были некоммерческой организацией, а были частной корпорацией. Деньги уходили на счета некоммерческой организации, не имеющей отношения к ЛГБТ. Простите, тогда о какой отчетности идет речь? Ее не было за прошедшие годы.
О том, кем является реально RUSA, говорит их поведение в отношении меня. Я — представитель ЛГБТ-сообщества. Активист, с которым у меня конфликт, вынес мои данные, включая реальное имя, на всеобщее обозрение, делал мне принудительный аутинг (публичное разглашение информации о сексуальной ориентации или гендерной идентичности человека без его на то согласия). Посылал мне угрозы.
Информацию обо мне в сети удалили только после моего обращению в полицию Нью-Йорка.
RUSA же решила самоустраниться, хотя прекрасно знала обо всей ситуации. Знала и меня, некоторые из организации даже видели мой кейс (хотя адвокаты советуют никому его не показывать). Более того, у меня есть аудиозапись, на которой президент RUSA прямо заявляет, что в курсе всех событий, но, мол, не знает, что делать.
Но с RUSA у нас не сразу были плохие отношения. Сначала они меня поддерживали, я приходил на мероприятия, они признали меня как члена сообщества (даже письмо в языковую школу, где я учился, отправили). Я рассказывал группе, что хочу привезти вечеринку, которая была очень популярна в Москве, в США. И RUSA заявила, что готова оказать информационную поддержку. На самом деле я просто предложил их логотип напечатать на баннерах и визитках. То есть не просил денег. Просто при поддержке RUSA и мне доверия больше.
Но когда начался конфликт с ЛГБТ-активистом, RUSA отказала мне в обсуждении произошедшего на группе поддержке, также отказала в информационной поддержке и помощи. Я попросил объяснить причины, мне их не назвали. Официальное письмо об отмене поддержки тоже не прислали. Однако сделали все, чтобы никто на эту вечеринку не пришел.
Я пытался замять конфликт. Адвокаты посоветовали вообще не реагировать на этого ЛГБТ-активиста, что я и сделал. Но тот сам лез на рожон. Опубликовал мои данные, что для чеченского гея, чья семья осталась на родине, просто смертельная опасность.
В итоге я оказался отрезанным от своего сообщества, не имею доступа к информации и не могу получить помощь от членов сообщества.
Для иммигранта, в новой стране, это самое страшное, что могло произойти.
Меня поддерживают многие, но публично — единицы.
К примеру, Богдан Глоба из предыдущей статьи меня поддержать публично не стал. И хотя он рассказывает, что в его колонну принимают всех, меня не взяли. Я прошел весь прайд один, в чеченской национальной одежде, с надписью на спине “ Кто бы что ни говорил, я существую. Я — ЧЕЧЕНЕЦ, Я — ГЕЙ”. Не знаю, почему у Богдана была такая реакция.
Какие проблемы есть у RUSA LGBT?
Верхушка RUSA ЛГБТ не дает представителям других национальностей активно влиять на повестку сообщества и участвовать в ее деятельности, максимум, привлекает как волонтеров. Я считаю, это следствие внутренней ксенофобии верхушки организации. Они могут говорить что угодно, но то, что от них начинают отделяться национальные группы, говорит о многом. Вроде украинцев, которые даже своей колонной прошли вместе с грузинами и многими русскоязычными ЛГБТ-людьми, которые демонстративно не пошли в колонне RUSA LGBT на прошедшем юбилейном Прайде в 2019 году.
Я пытался как-то исправить эту ситуацию в сообществе. Начать с малого — обсудить вопрос ксенофобии, обсудить с другими членами сообщества, что допустимо говорить и писать, а что нет. Например, можно ли всех чеченцев обвинять в том, что они плохо обращаются с женщинами? Или что охотятся на геев? Это же неправда.
И ведь эти вопросы касаются не только чеченцев.
В сообществе могут негативно высказываться о других национальностях, которые ни во что не ставят. Вы можете сколько угодно проводить вечеров, посвященных разным культурам, но внутри вы все равно будете ксенофобами. Это я и пытался искоренить.
RUSA все так же хочет держать все под своим крылом, на прошедший онлайн Брайтон-Бич Прайд они сделали призыв записать послания поддержки на английском и русском языках. И если использование английского объяснимо — мы все в США, то невозможность записать послания на своем родном языке, а только на русском — это проявление постколониального отношения к другим национальностям бывшего союза, скрытая ксенофобия. Именно поэтому узбекам, казахам, таджикам, белорусам, чеченцам нужен свой представитель, отстаивающий их права. У украинцев появился Богдан [Глоба]. Который, возможно, сможет сплотить и повести их за собой. Очень надеюсь, что так будет и с остальными.
