Жизнь в ожидании депортации: к чему приводит отчаяние в иммиграционной тюрьме
В центрах содержания под стражей ICE участились случаи самоубийств и членовредительства. Иммигранты не выдерживают долгое заключение и условия содержания в иммиграционных тюрьмах.
Иммиграционные центры содержания в США всё чаще оказываются в центре тревожной статистики. Речь не только о количестве задержанных, но и о том, что происходит с их психическим состоянием.
Вот тут мы писали о громких протестах против условий содержания в иммиграционной тюрьме в Нью-Джерси.
Шокирующая статистика
По данным ICE, сегодня под стражей находится около 60 тысяч человек. Это почти вдвое больше, чем несколько лет назад.
В этом году в центрах содержания под стражей зарегистрировано пять случаев самоубийств – рекорд за два десятилетия, и это еще не половина года. За четыре года предыдущей администрации было всего два случая самоубийства. В целом, общее число смертей в местах заключения в 2025 году утроилось по сравнению с предыдущим годом.
Согласно данным журналов звонков, полученных телеканалом NBC News, за последний год только из шести центров содержания под стражей было совершено более 1000 экстренных звонков. За каждым таким звонком – отчаяние иммигрантов и крик о помощи.
«Самоповреждение — признак того, что что-то идет очень не так», — подчёркивает эпидемиолог Санджай Басу.
И, похоже, проблема действительно системная.
Истории, которые редко становятся публичными
Один из эпизодов произошёл за несколько дней до Рождества в Техасе. 33-летняя беременная женщина, находясь в центре содержания, начала биться головой о стену. Охрана пыталась доставить её в больницу, но в итоге была вынуждена вызвать 911.
Этот случай — лишь один из десятков.
В других центрах задержанные глотали лезвия, пили химические средства, вскрывали себе вены.
«Если вы видите всплеск таких случаев, это означает, что гораздо больше людей страдает от тяжёлых психологических состояний», — объясняет Басу.
Подобные трагедии редко получают широкое освещение, но они ярко показывают общую картину.
Дольше, больше, тяжелее
Средний срок содержания увеличился. Иммигранты проводят в центрах около 50 дней, а некоторые — месяцы и даже год. Как русскоязычная иммигрантка целый год провела в иммиграционной тюрьме – читайте тут.
«Раньше случай с 11 месяцами заключения шокировал бы меня. Теперь — нет», — говорит иммиграционный адвокат Саймон Сандовал-Мошенберг.
Но дело не только в сроках. Ключевым фактором становится неопределённость.
«Проблема не только в условиях, а в том, что люди не знают, когда это закончится и закончится ли вообще», — добавляет он.
Многие задержанные не понимают, сколько им предстоит находиться в заключении и какие у них шансы на освобождение. Для психики это становится тяжёлым испытанием.
«Если бы у людей была чёткая дата окончания, даже без понимания финала дела, уровень отчаяния был бы ниже», — считает Сандовал-Мошенберг.
Вопросы к системе
Эта неопределённость, по словам экспертов, напрямую связана с ростом случаев суицидов и членовредительства.
В то же время представители властей опровергают системный кризис.
«Смертность составляет всего 0,009% от общего числа задержанных», — заявляют в Департаменте внутренней безопасности, подчеркивая, что уровень медицинской помощи остаётся высоким.
Однако правозащитники и эксперты с этим не согласны.
На фоне увеличения числа заключённых количество проверок центров сократилось. Некоторые контролирующие подразделения были расформированы.
Даже члены Конгресса сталкиваются с ограничениями.
«Нам всё сложнее понять, что происходит внутри», — говорит конгрессмен Майк Левин, которому отказали в возможности поговорить с задержанными без предварительного согласования.
По его словам, закрытость системы только усугубляет проблему.
«Именно отсутствие прозрачности привело нас к этой ситуации», — отмечает он.
Психическое здоровье иммигрантов на грани
Журналы экстренных вызовов показывают тревожную тенденцию: десятки случаев острого психоза, отказа от еды и медикаментов, потери сознания. Один из задержанных в Мичигане не ел восемь дней и потерял сознание. Другой, находясь в наручниках, просил охранников убить его.
«Никто ему не объяснил, почему он оказался один», — говорится в полицейском отчёте о человеке, помещённом в одиночную камеру.
Такие детали показывают, что речь идёт не только о физическом содержании, но и о глубоком кризисе психического здоровья.
Официальные стандарты ICE требуют регулярного мониторинга людей, склонных к суициду, каждые 15 минут. Однако на деле часто между осмотрами проходит более двух часов.
Эксперты уверены: многие смерти можно было предотвратить.
«Эти случаи в значительной степени предотвратимы», — говорит Басу, указывая на необходимость раннего выявления и постоянного наблюдения.
Но пока система не успевает адаптироваться к растущему числу задержанных.
Иммиграционные центры задумывались как временные учреждения. Однако для многих они превращаются в пространство затянувшегося ожидания без ясных перспектив.
И именно это ожидание, по словам специалистов, становится самой тяжёлой частью заключения.
«Люди теряют надежду», — говорит адвокат Сандовал-Мошенберг.
А когда исчезает надежда, статистика членовредительства и самоубийств начинает говорить сама за себя.
Но есть и хорошие новости: при подаче в суд на незаконное задержание в 9 из 10 случаев судьи становятся на сторону иммигрантов. Подробнее читайте тут. Реальную историю, как победить айсов и выйти без бонда — читайте в этой статье.
