Young businessman resting
Как молодое поколение с иммиграционными амбициями ведет бизнес — и что из этого выходит

Как молодое поколение с иммиграционными амбициями ведет бизнес — и что из этого выходит

Многие молодые бизнесмены пытаются потеснить Уоррена Баффета на финансовом Олимпе. Фото citroen.bg

Есть такая категория молодых и энергичных предпринимателей с иммиграционными амбициями. Как правило, с прицелом на визу международного управляющего, но бывает и на инвестиционную. В резюме у них указан опыт управления командой из 30+ человек, стратегическое планирование, опыт ведения переговоров с ведущими лидерами индустрии, и вообще — серьезные заявки потеснить Уоррена Баффета на финансовом Олимпе.

А я — женщина старая, я помню еще те времена, когда Клинтон и Собчак были мужчинами, поэтому в мою консервативную картину мира это все плохо укладывается. В моей картине человек сначала чему-то учится, потом делает сам, а уже потом, когда обретает финансовую и ментальную зрелость, обрастает командой, которой руководит и которая генерирует бизнесу миллионы. Мне реально сложно перестроить сознание для понимания того, что юноша 199Х года рождения, да еще и не в России 90-х, ворочает миллионами и управляет десятками подчиненных. По счастью, в примерно в двух случаях из трех такое насилие над собственным сознанием даже и не требуется.

Потому что иногда, когда детали масштабного инвестиционного проекта уже обсуждены и мы выходим на стадию подписания контракта, молодой и перспективный бизнесмен вдруг звонит и с тоской в голосе сообщает, что планы пока откладываются, потому что «папа не дал денег.» Или мы начинаем работать, приходят документы на компанию, в которой восходящая звезда международного предпринимательства работал на родине, и становится очевидным, что стопроцентным владельцем этой компании является папа или тесть. И в этот момент головокружительный карьерный рост, управление командой из нескольких десятков человек, и доступ к финансам компании приобретают новый смысл. Не обязательно плохой смысл. Многие серьезные и уважаемые компании начинались как семейный бизнес, и, естественно, нет ничего зазорного в том, чтобы вырасти в профессиональном смысле вместе с бизнесом, которым владеет семья. Проблемы начинаются, когда старые добрые симптомы «мальчиков-мажоров» вплетаются в характерные черты Generation Millennials (это вообще транслитерируется на русский? — прим.авт.).

Тут наступает время удивительных историй.

Например, молодой инвестор покупает небольшой бизнес на деньги, подаренные тестем на свадьбу. Немедленно нанимает первого же зашедшего с улицы мужика стоять за кассой. Отдает ему ключи от помещения и идет прогуливаться с молодой женой по пляжу, радуясь успешно решенному кадровому вопросу. Вернувшись, естественно, обнаруживает, что кассир вверенное ему помещение обнес и скрылся в неизвестном направлении. Инвестор звонит адвокату с единственным вопросом: «Что делать?» Предложение заявить в полицию встречает без энтузиазма: «А что я им скажу? Может быть, Вы сами с полицией поговорите? Подождите, я папе позвоню.»

Или другой международный предприниматель звонит адвокату с проблемой «я три раза неправильно ввел пароль доступа к электронному кабинету на сайте банка и мне заблокировали счет.» Адвокат резонно предлагает обратиться в службу поддержки банка. Бизнесмен жалобно осведомляется «а Вы не можете за меня позвонить? Я не знаю, что там будут спрашивать.»

Другой идет получать штатовскую бизнес-лицензию и обнаруживает, что надо заполнить один-единственный бланк — на английском. В бланке три строчки: название бизнеса, адрес бизнеса, род деятельности. Бизнесмен звонит адвокату из бюрократического офиса с срочным вопросом — «мне прямо сейчас, срочно, нужна Ваша помощь.»

Мы вовлекаемся в крайне продуктивный диалог: «Вот здесь написано «name of the business» — так и писать название?» — «Да, пишите название.» — «А запятую потом ставить?» — «Как хотите, не думаю, что это важно.» — «И адрес — вот просто взять, и написать адрес?» — «Да, просто напишите адрес.» — «А вот тут внизу написано «подпись.» Это мне тут расписаться, да?» — «Да, распишитесь там, пожалуйста.» — «Вот так, как я на паспорте расписывался, или по-другому?»

И в этот момент становится понятно, что некоторым людям нужен не адвокат, а бебиситтер.

Причем, я абсолютно уверена, что это не национальная, а поколенческая особенность. Последний жизненный пример. Мне в офисе потребовалось собрать умеренно-кастомизированный предмет мебели из стандартных деревянных панелей. Обратилась по рекомендации в контору, которая, собственно, специализируется на установке модульной мебели. При визите в офис конторы познакомилась с владельцем — Millennial, of course. Он сказал, что бизнес принадлежал его дяде, но дядя недавно умер, поэтому он тут теперь всем заправляет. Приехал в офис, замерил стену и существующую мебель. Пропал на неделю. После систематических напоминаний написал, что снимая измерения, упустил некоторые моменты, поэтому не могу ли я сообщить ему расстояние от точки А до окна и от точки В до двери. Отправила ему нужные параметры. Мебельщик выставил счет, получил оплату. После этого позвонил сказал, что потерял блокнот, в который записал измерения, поэтому заедет в офис все перемерять. Заехал, записал все снова. Подтвердил, что заказ будет выполнен вовремя.

В назначенный день в офис привезли конструкцию на полметра шире нужного, которая не прошла в дверь. Грузчик с квитанцией задумчиво смотрел в бланк заказа и допытывался от меня, почему в нем указаны такие странные размеры. Конструкцию увезли. Через неделю предприняли вторую попытку установить заказанную мебель. Теперь она в дверь вошла, но оказалась на полметра короче задуманного. Мой нервный смех спугнул грузчиков из офиса. Мебельщик-Millennial затихарился и перестал отвечать на звонки, мейлы, и текстовые сообщения. Неделю спустя, под угрозой жалобы в кредитную компанию и отмены платежа за заказ, перезвонил мне и с первой фразы наехал на меня, сообщив, что я сама виновата в том, что мебель не подходит по размеру. Согласно этому деятелю, моя вина заключалась в том, что (внимание!) я лично не проверила, какие параметры он записал себе в блокнот, когда производил измерения. В голосе звенело отчаянье от того, что раньше вот был дядя, который проверял у молодого амбициозного бизнесмена записи в блокноте и разруливал проблемные ситуации с заказчиками, а теперь дяди нет и большая взрослая тетя требует играть по правилам ведения бизнеса, а мальчику хочется просто закрыть глаза и притвориться, что этого уровня ответственности не существует. У мальчика хипстеровская бородка и веселой расцветки носки. Все, что ему надо от этого бизнеса — оригинального дизайна визитка со словами какой-нибудь «креативный директор», да зарплата, покупающая кофе и тосты с авокадо. А необходимость ползать с рулеткой по полу чужого офиса проходит по статье неприятного недоразумения.

Мне кажется, у нас на глазах зарождается какая-то новая бизнес-среда, в которой скоро будут доминировать люди, по привычке оглядывающиеся за всеми решениями или ответственностью на предыдущее поколение.

Есть такая категория молодых и энергичных предпринимателей с иммиграционными амбициями. Как правило, с прицелом на визу международного управляющего, но бывает и на инвестиционную. В резюме у них указан опыт управления командой из 30+ человек, стратегическое планирование, опыт ведения переговоров с ведущими лидерами индустрии, и вообще — серьезные заявки потеснить Уоррена Баффета на финансовом Олимпе. А […]

Наталья Полухтин
Автор |
иммиграционный адвокат с офисом в Финиксе