Дженнифер Шлехт. Фото: nytimes

Жертва домашнего насилия: ‘Она боялась своего мужа. А потом он убил ее и дочь’

Дженнифер Шлехт. Фото: nytimes

Страшная трагедия случилась вечером в среду, 27 ноября, в Гарлеме на западной 121-й улице. Дженнифер Шлехт и ее 5-летняя дочь были убиты – им перерезали горло. Ее 46-летний муж был найден повеcившимся в спальне. Пара находилась в процессе развода.

В последний раз, когда Дженнифер Шлехт разговаривала по телефону со своим отцом в воскресенье, 24 ноября, она рассказала, что наконец-то решилась уйти от своего мужа-насильника. Но ее дрожащий голос, по словам отца, указывал на то, что она боится за свою безопасность и безопасность дочери.

“Он говорил, что собирается убить ее, – сказал ее отец Кеннет Шлехт. – Она жила в постоянном страхе и слезах”.

И худшие опасения молодой женщины, к несчастью, подтвердились.

Полиция заявила, что обнаружила обезглавленное тело Дженнифер Шлехт в ванной, а тело дочери пары – в спальне. Горло девочки было перерезано. Тело мужа и отца, Джонатана Тедла, было найдено повешенным в спальне. Сотрудники полиции заявили, что, по их мнению, муж виновен во всех трех смертях.

Несмотря на то что уровень преступности в Нью-Йорке продолжает снижаться, ужасные убийства в Гарлеме стали напоминанием о том, что насилие в семье остается серьезной проблемой в крупнейшем городе страны.

Согласно ежегодному городскому отчету, с 2010 по 2018 год около 560 жителей Нью-Йорка были убиты в результате бытового насилия, а более половины из них – убиты супругами или партнерами. В отчете говорится, что почти 50 из этих жертв – женщины, убитые партнером, который затем покончил с собой.

В полиции сообщили, что у них нет протоколов выезда на бытовые скандалы по адресу, где проживала эта семья, и записей об их звонках в 911. Однако члены семьи сказали, что Дженнифер Шлехт в 2016 году подавала заявление на получение защитного ордера от мужа.

Отец женщины, 75-летний Кеннет Шлехт сказал, что они не разговаривали с Дженнифер после ее телефонного звонка в воскресенье. Семья неоднократно пыталась дозвониться до нее в среду, но она не отвечала. “Это было необычно и пугающе”, – сказал Кеннет. После 9 часов вечера он позвонил в 911 и попросил полицию проверить их квартиру.

Детективы выносят вещественные доказательства с места преступления. Фото: nytimes

Шлехт рассказал, что его дочь вышла замуж за Джонатана Тедла около семи лет назад. Они познакомились в Колумбийском университете, где она изучала общественное здравоохранение и социальную работу. Шлехт добавил, что его дочь была очень добрым и готовым к самопожертвованию человеком. Она часто ездила в Кению и другие африканские страны, чтобы помочь нуждающимся.

По словам официальных лиц, Дженнифер Шлехт работала в Фонде Организации Объединенных Наций в Нью-Йорке. По информации на ее странице в LinkedIn, она была старшим советником, специализирующимся на репродуктивном здоровье, гуманитарной помощи и других вопросах.

Ее коллеги рассказали, что в течение многих лет Дженнифер помогала женщинам и девочкам в Африке получить доступ к медицинскому обслуживанию. Она всегда много работала и мечтала проводить больше времени с дочкой. “Она с гордостью рассказывала нам об успехах дочери в детском саду, – сказала Бет Шлахтер, руководитель фонда. – То, что она была убита, и таким жестоким способом, находится за пределами нашего понимания. Но мы все будем помнить ее и тысячи жизней, которые она спасла и изменила к лучшему”.

Муж Дженнифер, Тедл, родом из Эфиопии, был компьютерным специалистом в Школе общественного здравоохранения Колумбийского Университета при Департаменте здоровья семьи.

Когда семья Шлехт впервые встретилась с Тедлом, он “казался очень умным человеком”, сказал отец Дженнифер. Но потом, добавил он, Джонатан стал жестоким по отношению к жене, и она в течение многих лет пыталась уйти от него. Тедл не отпускал ее и каждый раз рвал документы на развод.

“Она не могла поменять замки, пока он легально проживал в этой квартире, – рассказал Шлехт. – Поэтому она сначала хотела вручить ему документы о разводе и защитный ордер… Но как он мог убить собственного ребенка? Как он мог?”.

Соседи говорят, что никогда бы не подумали, что в этой семье такие серьезные проблемы. По их словам, Тедл души не чаял в маленькой дочке и часто носил ее на плечах. “Он всегда выглядел очень, очень счастливым, – сказал один из соседей. – И всегда улыбался”.

Еще одна соседка, Джейн Канцлер, 82 года, рассказала, что время от времени она видела эту семью, но ни один из родителей никогда не упоминал, что они собираются разводиться.

“Я разговаривала с ним буквально  вчера, – сказала Канцлер. – Мы всегда шутили при встрече”. Пожилая женщина не может понять, как он смог убить свою дочь, которую она назвала “настоящим сокровищем”. Некоторые соседи плакали, узнав о страшной трагедии.

Почему женщины терпят насилие в семье до последнего?

Среди русскоязычных иммигранток семейное насилие, к сожалению, тоже не редкость. И их ситуация усугубляется еще и тем, что в первые годы они находятся практически в полной зависимости от американского мужа. “Эта проблема наиболее остро проявляется в иммигрантской среде, потому что эти женщины наиболее уязвимы”, – говорит основательница “Рубика” Катерина Панова в прямом эфире RTVI, посвященном Дню борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин. По оценкам ООН, 35% всех женщин мира подвергаются насилию и домогательствам.

“А в США каждый день трех женщин убивают нынешние и прошлые мужья и бойфренды”, – приводит статистику Катерина.

“Жертвы насилия очень редко когда решаются вырваться, – объясняет Катерина. – Обвиняют себя, хотя они не виноваты. Часто думают, что могут что-то сделать, чтобы сгладить агрессию мужа, но не могут. Надеются, что он исправится, но поводов для надежды нет. Надо уходить. Но это непросто”. По словам Катерины, жертвы насилия часто сами никогда не скажут, что творится у них в семье, будут стыдиться осуждения окружающих. К тому же, они боятся, что у них отберут детей, что их депортируют, что они останутся на улице без денег. Они еще и могут быть в депрессии, и из такого почти невозможно самим себя вытащить и предпринять необходимые шаги (уйти, развестись, найти работу, самим оформить документы для иммиграционного статуса, пойти в психологу). Поэтому, уверена Катерина, очень важно быть внимательными друг к другу. “И если вам интуиция подсказывает, что в какой-то семье что-то не так – скорее всего, не зря. Спросите. Предложите помощь. Расскажите “историю знакомых”, чтобы они знали, что не одни они такие. Это может помочь”.

Если вам нужна помощь в США, то вот телефон горячей линии помощи (круглосуточно): 800-799-7233.

Редакция “Рубика” тоже будет рада помочь, если вы не знаете английского или просто предпочитаете пообщаться по-русски на эту тему. Можете описать нам ситуацию и задать любые вопросы, будь то опека над детьми, иммиграционный статус, развод или просто – где найти психолога, жилье. Анонимно можно написать сюда: https://rubic.us/questions-answers/ (не забывайте указать штат и город).

Начинать новую жизнь в иммиграции сложно - многому нужно учиться почти с нуля, а рядом далеко не всегда есть те, кто поможет и поддержит.

“Рубик” очень хочет помочь людям переехать и преуспеть в США. Мы публикуем сотни материалов в месяц. Всегда подробную и проверенную информацию.

Мы общаемся с иммиграционными адвокатами и экспертами, чтобы они бесплатно отвечали на ваши вопросы и помогали не наделать дорогостоящих ошибок. Мы помогаем соотечественникам, оказавшимся в тяжелых обстоятельствах, и жертвам домашнего насилия. И мы создаем среду общения без агрессии и осуждения, модерируя для вас группы в фейсбуке.

Над “Рубиком” работает более десяти человек, и у нас много затрат - зарплаты, хостинг, почта и так далее. Мы не хотим вводить платную подписку, чтобы не лишить нуждающихся людей доступа к информации.

Поэтому в некоторые месяцы нам очень сложно перекрыть расходы. У нас нет внешних инвесторов со скрытыми мотивами (которые взамен денег всегда хотят влиять на редакцию). Проект основан и принадлежит журналисту и иммигрантке Катерине Пановой и живет исключительно за счет рекламных доходов и поддержки аудитории.

Пожалуйста, поучаствуйте в нашем стремлении помочь иммигрантам, поддержав редакцию. Даже несколько долларов, которые вы бы потратили на кофе, помогут нам подготовить материал, который сохранит кому-то последние деньги и не позволит отдать их мошенникам.