Возможно ли ‘социальное дистанцирование’ в современных городах?
Большие города – это эпицентры капитала и коллективной жизни. И в этом смысле любая пандемия по сути своей – явление антигородское, потому что в первую очередь бьет по основной человеческой потребности в коммуникации.
И наш единственный эффективный ответ коронавирусу (социальное дистанцирование) противоречит не только этой потребности, но и самому принципу, по которому построены наши города и площади, метро и небоскребы. Все они предназначены для совместного использования. Для правильной работы многих городских систем плотность застройки является целью, а не помехой.
Конечно, теперь у нас есть множество социальных сетей и онлайн-мессенджеров.
Мы и так уже частично перешли к социальному дистанцированию, “переехав” в свои телефоны и виртуальные сообщества.
Эти технологии, конечно, наносят нам определенный вред и иногда таят в себе серьезные угрозы, особенно для детей и подростков. Но технологии также позволяют многим из нас работать удаленно, причем в глобальном масштабе – мы не могли даже представить этого еще пару десятилетий назад.
Но мы все равно очень нуждаемся друг в друге, и не только виртуально. Издание Vox пишет, что социальное дистанцирование вызывает своего рода «коллапс в социальных контактах, особенно в отношении групп населения, наиболее уязвимых для изоляции и одиночества, — пожилых людей и людей с инвалидностью».
Есть доказательства этому. Эрик Клиненберг, социолог из Нью-Йоркского университета, написал книгу об аномальной жаре в Чикаго в 1995 году, во время которой погибли 739 человек. Причем больше всего смертей было зарегистрировано среди пожилых горожан, живущих в бедных, обособленных кварталах, у которых было мало социальных контактов.
Но такие же пожилые чикагцы, имевшие доступ к «надежной социальной инфраструктуре» – сети магазинов, общественных учреждений и организаций, которые позволяют людям общаться между собой, умирали в меньшем количестве.
Нынешняя необходимость социального дистанцирования тоже подвергает людей большому риску.
Во время прошлых кризисных ситуаций миллионы американцев, живущих в городах, но имеющих возможность переехать на время в пригороды, делали это в массовом порядке. После каждой эпидемии власти старались снести старые районы и построить на их месте масштабные жилищные комплексы, утверждая, что многолюдные городские трущобы становятся «чашками Петри» и рассадниками заражения.
Но современные люди все равно предпочитают жить в городах, даже несмотря на то что технологии создали множество новых возможностей для работы и быта. Города – это всегда новые идеи и более насыщенная событиями жизнь. И человеческая потребность искать защиту и внутреннюю силу друг в друге.
Так, во время Второй мировой войны британское министерство внутренних дел распорядилось закрыть все театры, концертные залы, кинотеатры и другие общественные места. Исключением была лишь Лондонская Национальная галерея, директор которой убедил власти разрешить ему оставить одну картину для показа (картина периодически менялась, поэтому у людей была причина возвращаться снова и снова). Галерея также организовала серию концертов классической музыки.
Выходить из дома означало рисковать жизнью и здоровьем. Но лондонцы стояли в очередях, которые тянулись ко входу в галерею через всю Трафальгарскую площадь. Когда однажды немецкий снаряд попал в здание галереи незадолго до начала очередного концерта, зрители и музыканты просто перебрались в другой корпус.
То есть, несмотря на серьезный риск, концерты давали лондонцам надежду, напоминая им, что жизнь – это нечто большее, чем война и страх.
Сегодняшняя угроза — это очередной вызов нашему образу жизни. Пандемия требует изоляции. Но даже в самой безрадостной ситуации мы должны жить надеждой, что вскоре все изменится к лучшему.
