Как саентологи вербуют россиян и других иммигрантов для рабского труда
Саентологическая церковь вновь в центре скандала. По словам обвинителей, она привозила в Америку иммигрантов — в том числе россиян — по «религиозным визам» R-1 под видом будущих священников, но на деле заставляла их заниматься рабским физическим трудом.
Так называемые «священники» становятся чернорабочими на базах саентологии по всей стране. Они живут в общежитиях и работают посменно, зачастую — по 16 часов в сутки. Несколько человек рассказали журналисту, что рабочие смены могут длиться более 24 часов без перерывов на сон.
Каждый опрошенный бывший саентолог, приехавший из другой страны, рассказал, что после приезда в Америку их паспорта, визы и другие проездные и идентификационные документы забрали церковные чиновники.
«Теперь вы действительно не имеете документов», — говорит Дэвид Сполдинг, который 23 года проработал в иммиграционной службе. В последнее время он руководил расследованиями в подразделении управления по выявлению мошенничества и национальной безопасности службы гражданства и иммиграции США.
«Вы не существуете. Вы не можете обратиться в полицию. Вы не можете поговорить с работником социальной службы. Вы не можете купить молоко. Вы принадлежите нам».
В апреле три бывших члена cаентологии, которые родились за границей и были призваны в «Sea Org» в несовершеннолетнем возрасте, подали гражданский иск против церкви и ее лидера Дэвида Мискевиджа.
Они утверждают, что церковь нарушили законы против торговли людьми, принудительного труда, порабощения и заговора. (Церковь не представила полную защиту на данном этапе дела и стремится передать дело в арбитраж. Она отрицает, что нарушила американские законы, утверждая, что многие обвинения имели место в Карибском бассейне или не имеют силы за истечением срока давности).
Один из истцов, Гавейн Бакстер, родившийся в Австралии, утверждает, что ему «приходилось выполнять физическую работу, включая ремонт здания, уборку помещений и озеленение в течение 12 и более часов в день» с оплатой от $8 до $50 в неделю.
Его жена, Лора Бакстер, утверждает, что она «должна была проводить от восьми до десяти часов в день, выполняя тяжелую физическую работу, включая рытье траншей, чистку туалетов и мусорных контейнеров, а также благоустройство территории», и получала примерно $25 в неделю.
Третья истица, Валеска Парис, утверждает, что служители церкви «заставляли ее убирать помещения от 12 до 18 часов в день, в том числе требовали, чтобы она залезала в мусорные контейнеры с токсичными химикатами и чистила их без защитного костюма». Ее еженедельная зарплата, по ее словам, составляла $15 .
«Это просто безумие», — говорит Кент Уильямс, адвокат, известный тем, что успешно представлял интересы сотен работников в судебном процессе против Chipotle по делу о краже заработной платы. -«Заключенные зарабатывают больше».
На основании оценок, предоставленных бывшими саентологами, и налоговых документов, за последние 30 лет использование саентологией иностранных работников, вероятно, сэкономило церкви сотни миллионов долларов и потенциально более $ 1 миллиарда.
Зачем саентологии иммигранты?
По словам профессора Стивена А. Кента из университета Альберты, численность членов саентологической церкви в мире составляет не более 30 000 человек. Но она богата, ее активы исчисляются миллиардами, включая первоклассные участки недвижимости в таких крупных городах, как Нью-Йорк и Лос-Анджелес.
Деньги в церковь поступают от ее собственных прихожан в виде платы за аудит (своего рода исповедь) и курсы, которые необходимы для того, чтобы подняться выше в церковной иерархии.
В США, однако, у саентологии уже давно существует проблема имиджа, из-за которой ей трудно привлекать новых членов внутри страны.
Чтобы увеличить число прихожан, руководители церквей набирают тысячи людей из-за рубежа, активно используя программу виз R-1. У этих иммигрантов нет возможности делать богатые взносы, но они могут быть полезны как практически бесплатная рабочая сила.
Саентология полагается на труд иммигрантов почти с самого начала, с первых лет существования религии.
В 1967 году, через 14 лет после основания церкви, налоговое управление отозвало ее статус, освобождающий от налогов, решив, что Хаббард несправедливо обогатился.
В ответ на это он основал «Sea Org» и вместе со своими ближайшими последователями на трех кораблях отправился за пределы юрисдикции США.
Они надеялись распространить религию по всему миру, добиваясь «очищения сознания людей от боли и беспокойства».
Но путешествие обернулось катастрофой. В 1975 году Хаббард и его команда тихо вернулись в Clearwater. Именно тогда, похоже, началась игра организации в кошки-мышки с иммиграционной системой США.
«Все началось, когда мы впервые приехали в США с «Аполлона», — говорит бывший сотрудник церкви Майк Риндер, имея в виду одно из судов Хаббарда. — Я в числе прочих приехал из Австралии по туристической визе. Нам велели сказать иммиграционной службе, что мы приехали в отпуск и что у всех нас есть обратные билеты. Потом мы просто оставались».
Как происходила «вербовка»?
1997 год. Аттила Сонколи, которому тогда был 21 год, жил в Венгрии и получал до пяти звонков в день от саентологов, убеждавших его приехать работать на организацию в США по визе R-1.
В конце концов он согласился, и чтобы помочь ему пройти собеседование, вербовщики поделились с ним психологическим профилем человека, который будет проверять его в американском консульстве. Также по их наущению он сказал чиновнику, что будет выполнять религиозные обязанности в качестве священника.
Виза была одобрена, и вскоре Сонколи отправился в Clearwater, штат Флорида, где находится одна из штаб-квартир саентологов.
Там чиновник забрал у него паспорт и заставил подписать контракты на английском языке, которого он не понимал. «Им нужно было, чтобы мы делали отвратительную работу», — сказал он, и «очень, очень тяжелый рабский труд». По его оценкам, две трети людей, работавших в Clearwater, были выходцами из-за рубежа.
В 1994 году cаентологи из Флориды помогли получить визу R-1 14-летнему мексиканцу по имени Серж Гиль.
Он подписал с «Sea Org» контракт на миллиард лет, как это принято. «Это не гипербола», — говорит Гиль. «Мне потребовалось много времени, чтобы понять, что я был рабом».
2001 год. Хейли Келдани, которой тогда было 17 лет, жила недалеко от Ванкувера, и постоянно получала звонки от вербовщика, который приглашали ее получить R-1 и переехать в Clearwater.
Ее родители были саентологами и годом ранее отправили ее туда на курсы. Во время этого визита, по словам Келдани, ее изнасиловал в бассейне мужчина лет 40. Представители церкви заставили ее взять на себя ответственность (представитель церкви заявил: «В церковь не поступало никаких заявлений об изнасиловании»).
После получения документа и въезда в США Келдани взяли на работы по сносу здания, принадлежащего церкви. Несколько мужчин боролись с тяжелым рулоном промышленного коврового покрытия, и они передали эту работу Келдани и еще одной девушке. «Я травмировала позвоночник и шею», — говорит Келдани.
«Это был явно рабский труд», — говорит Келдани.
Бывало, что вербовщики-мужчины специально завязывали эмоциональные отношения с молодыми женщинами. Они ухаживали за девушками, добивались, чтобы те влюблялись в них и потом записывались в саентологи с расчетом на то, что они будут встречаться», — рассказала бывшая сотрудница «Sea Org», работавшая во Флориде и Венесуэле.
«Вы говорите о людях, которые были каменщиками, чистили туалеты и тому подобное. Это не религиозные функции. Это не религиозная работа. Вовсе нет», — говорит Теодор Дж. Мерфи, бывший прокурор департамента внутренней безопасности. «Человек, который обучает их этому, может быть вовлечен в заговор, что является уголовным преступлением».
Карин Поув, представитель саентологии, сообщила, что организация «строго соблюдает иммиграционную политику США» и «работает напрямую с иммиграционными адвокатами, чтобы обеспечить соблюдение иммиграционной политики и правил США».
Она также добавила, что источники издания Documented — лжецы, участвующие в «скоординированном и преднамеренном заговоре с целью выдвижения ложных обвинений».
Саентология и раньше успешно защищала себя в суде от обвинений в жестоком обращении с работниками.
В 2009 году Марк и Клэр Хедли, американская супружеская пара, которая провела более десяти лет на плавучей базе саентологов «Sea Org», подали в суд на церковь за торговлю людьми. Они утверждали, что организация украла их зарплату, заставила заниматься ручным трудом и вынудила Клэр прервать две беременности.
Федеральный судья в Калифорнии отклонил иск, заявив, что церковь находится под защитой исключения из трудового законодательства.
Девятый округ поддержал это решение, написав, что Хедли могли в любой момент оставить религию и что закон, на основании которого они подали иск — «Закон о защите жертв торговли людьми и насилия» — относится к «транснациональной преступности».
Впрочем, по сравнению с Хедли, у иностранных работников — особенно тех, кто был привезен в США в детстве, — возможно, более весомые аргументы.
Вербовка россиян
«Они охотились за очень конкретными группами и очень конкретными людьми», — говорит Кирилл (он попросил не называть его фамилию), работавший в московской организации саентологов с 2006 по 2018 годы.
По его словам, люди, на которых они ориентировались, были «скромного происхождения, совсем не знали английского. Они не имели работы, но и не имели больших обязательств перед семьей. Не имели долгов по кредитным картам, не брали ипотеку».
Кирилл говорит, что он лично участвовал в работе по обучению претендентов на визу, помогая переводить сценарии, которые они могли запомнить, с английского на русский.
Московская организация также отслеживала, в каких консульствах легче всего получить визу.
Москва считалась более сложной для одобрения визы, чем Владивосток, Санкт-Петербург или Екатеринбург. Иногда церковь отправляла россиян в другие бывшие советские республики, где иммиграционные чиновники считались менее требовательными.
Будущим работникам говорили, что саентология — это путь к лучшей жизни, путь к самореализации на личном, профессиональном и духовном уровне.
1999 год. 11-летняя Екатерина Тихонова жила вместе с матерью Еленой в сибирском городе Барнауле.
Ее бабушка обратилась в саентологию во время поездки во Флориду несколькими годами ранее. Она подталкивала свою дочь и внучку присоединиться к этой религии как к способу достижения процветания.
«Она продавала нам американскую мечту — и это было несложно», — говорит Екатерина. «Одна мысль о том, чтобы уехать из Сибири в Америку? Продано!»
За несколько дней до интервью в посольстве США в Москве бабушка проинструктировала девочку о том, какие вопросы ей будут задавать и как отвечать. «Она вела себя не как бабушка. Она вела себя как член «Sea Org», — говорит Екатерина. — Мне было очень страшно идти на интервью. Мне было 11 лет, и я знала, что мне придется врать».
Примерно через полторы недели после того, как Екатерина прошла собеседование, ее отправили в Clearwater, где она начала работать по восемь часов в день. Она занималась уборкой, строительством, готовила еду на промышленной кухне. Кроме того, она должна была изучать саентологическую доктрину еще по пять часов в день.
Екатерина могла видеться с матерью за едой только несколько раз в месяц. Когда же девочка стала жаловаться на условия жизни и работы, мать написала на нее заявление.
В результате она попала в так называемую «этическую обработку» — когда члены организации подвергаются многочасовым допросам. Девочку также заставили чистить туалеты и мыть промышленные мусорные контейнеры. «Это было похоже на тюремный лагерь, — говорит она. — В результате я потеряла надежду выбраться и просто сдалась.»
Я была такой: «Ладно. Неважно. Я не права, что хочу на самом деле иметь нормальные отношения с моей матерью. Я не права. Абсолютно не права. Я признаю. Я поняла, что у меня нет выбора. Мне было всего 12 лет и некуда идти. Мы не знали ни слова по-английски, когда приехали сюда. Так что я чувствовала, что просто застряла».
Тихонова прошла курсы cаентологии и в итоге работала административным помощником наставника, следя за тем, чтобы люди вовремя приходили на свои сессии медитации. В 2006 году она вернулась в Россию, чтобы получить новый паспорт. По ее словам, во время этой поездки ее изнасиловали двое мужчин. По возвращении в США, сотрудники саентологии несколько дней допрашивали ее, снова и снова задавая вопросы об этом инциденте. В итоге ее исключили из церкви. У нее в тот момент уже была грин-карта, позволявшая ей остаться в США, но Екатерина решила вернуться в Москву. У нее совсем не было своих денег, и она думала, что в Америке она осталась бы бездомной.
Почему Россия?
Согласно опубликованным отчетам, для граждан стран СНГ Госдепартамент США одобрял около 80% всех заявлений на получение визы R-1.
Россия, где группы, связанные с саентологией, были объявлены правительством «нежелательными», была особенно плодотворным местом для вербовки.
«Практически каждый раз, когда кто-то говорит: «Я — угнетенная категория в России» — мы одобряем его визу, и нам даже в голову не приходит, что это может стать проблемой для заявителя», — рассказал Дэвид Сполдинг, бывший сотрудник федеральной иммиграционной службы.
с 2009 по 2017 годы саентологи подали 660 заявлений на визу R-1 для россиян. В других странах СНГ было подано еще 637.
Число виз R-1, выданных россиянам — 649.
Данных за период после 2017 года в открытом доступе нет, но в это время аппетит саентологии к визам R-1, кажется, только возрастал.
«Вербовать саентологов в Америке было сущей занозой в заднице, — говорит бывший сотрудник церкви. — Гораздо проще было набирать людей из Восточной Европы, Мексики, Южной Америки».
На протяжении десятилетий виза R-1 была отправной точкой для тысяч людей, приезжающих в США в поисках лучшей жизни или нового духовного начала. Многие из них в результате потратили годы на изнурительную и практически не оплачиваемую работу.
Даже тем, кому удалось покинуть церковь, приходится иметь дело с травмами, полученными от жизни в ней: попытки самоубийства, депрессии, тоска по семье, ощущение вытеснения из мира.
«Когда люди думают о саентологии, они думают о Голливуде. Они думают о смешном, об инопланетянах. Они думают, что это хорошая шутка», — говорит Хейли Келдани из Канады, которая утверждает, что была изнасилована и получила травмы, выполняя тяжелую работу.
«Я провела последние 19 лет, делая вид, что этого не было, чтобы попытаться вписаться в общество и быть нормальной. Но это должно быть остановлено. Люди должны знать, что это существует».
