Что произойдет, если у всех в США будет бесплатная медицина – даже у нелегалов?
Кандидат в президенты Берни Сандерс хочет обеспечить всех жителей США, даже нелегальных иммигрантов, бесплатной медициной. Доступное медицинское обслуживание – это краеугольный камень в демократической повестке дня.
Но хватит ли американских денег на такую щедрость и действительно ли толпы новых иммигрантов ринутся в США, как только медицина станет бесплатной? “Рубик” представляет мнение журналистки The Atlantic Энни Лоури, которая приводит немало интересных исследований по этому поводу.
В политике существует гипотеза магнита социального обеспечения. Она очень интуитивная: чем больше соцпомощи вы предоставляете иммигрантам, тем больше людей захотят к вам приехать. Но это не очень правдоподобно. На иммигрантов, похоже, не влияет щедрое социальное обеспечение или влияет, но не сильно. Социальные связи и наличие рабочих мест являются гораздо более важными факторами.
Гипотезу магнита социального обеспечения разработал в конце 1990-х годов Джордж Борхас, экономист из Гарварда, который оказал большое влияние на иммиграционную политику правой идеологии. Он решил, что люди, прибывающие в США, будут реагировать на социальные льготы иначе, чем граждане. Новым иммигрантам необходимо сделать выбор – в какой стране им жить. Поэтому щедрость социальных программ для них более важна.
Борхас обнаружил, что иммигрантов особенно привлекает Калифорния. Но было ли это потому, что в то время штат предлагал второй по щедрости пакет социальных пособий? Или потому, что многие иммигранты были беженцами, которых разместили в Калифорнии спонсирующие их агентства? Или из-за расположения Калифорнии на границе с Мексикой? Или потому, что в штате такая сильная экономика и хорошие возможности найти работу? Или из-за дружественной иммиграционной политики в целом? Или из-за распространенности испанского и других языков? Борхас заявил, что обнаружил убедительные свидетельства: дело действительно в социальной помощи. Но он никогда не доказывал эту причинно-следственную связь.
Возможно, так случилось, потому что доказывать нечего: социальные гарантии – не такой уж сильный магнит. Естественный эксперимент для проверки этого факта провела администрация Клинтона, приняв в 1996 году Закон о реформе социальных программ, который запретил иммигрантам получать федеральную денежную соцпомощь. Но некоторые штаты решили использовать для этого собственные средства. Если бы соцпомощь была настолько выгодной, в эти штаты отправилось бы больше семей с родителями-одиночками. Но это оказалось не так. Исследование, посвященное изучению проблем бедных одиноких женщин с детьми, пересекающих границы штатов, обнаружило то же самое: “У нас мало доказательств, что иммиграция, вызванная социальной помощью, широко распространена”.
Социологические исследования и опросы иммигрантов помогают понять, почему это так. Люди, как правило, ищут работу или знакомых, а не государственные пособия. Среди главных причин, побуждающих семьи покинуть Северный треугольник [Сальвадор, Гватемала, Гондурас], – насилие, политические репрессии, стихийные бедствия и бедность. К числу основных факторов, привлекающих их внимание к новой стране, относятся наличие работы и возможность воссоединиться со своей семьей.
В этом есть смысл. Если вы – гондурасская семья, спасающаяся от ужасающей бедности и преступлений, то чего вам захочется больше: переехать туда, где есть работа и где живут ваши родственники, которые помогут с жильем и детьми, или туда, где можно лечиться, независимо от иммиграционного статуса? (Для ясности, в США легальным иммигрантам годами запрещено участвовать в основных федеральных программах социальной помощи, а иммигрантам без статуса вообще невозможно это сделать).
Исследования показывают, что большинству новоприбывших иммигрантов неинтересны пособия по безработице. “Культурная система побуждает мексиканских иммигрантов использовать социальное обеспечение не столько для того, чтобы избегать работы, справляться с неприятностями или увековечивать культуру зависимости, а скорее для того, чтобы минимизировать разрывы в сфере занятости”, говорится в одном из исследований.
Изучение иммиграционной политики Европы помогает убедиться в этом положении дел. “Доказательств наличия магнита социального обеспечения в европейских странах немного или вообще нет, — сообщается в одном из обзорных материалов. – Магнитный эффект программ социального обеспечения довольно низкий по сравнению с ролью, которую играют макроэкономические показатели принимающей страны – уровень безработицы и средняя зарплата. Например, заработная плата в десять раз важнее, чем социальные выплаты”.
Если бы США начали предлагать иммигрантам медицинскую помощь (что является кардинальным изменением политики), возможно, сюда бы начали приезжать больше людей. Но они будут иммигрировать ради пользы для здоровья или потому, что страна становится более гостеприимной к иммигрантам и уже не нужно так бояться властей? Четко разделить эти две мотивации почти невозможно. Америка, которая предлагает иммигрантам медицинскую помощь – это гораздо более гуманная Америка, чем сейчас, в условиях развития движений по превосходству белой расы, ксенофобии, клеток для детей и шовинизма по поводу социальных программ.
Разумеется, в основе этого вопроса лежит представление о том, что иммигранты приезжают в США для высасывания ресурсов и что иностранцы только берут и ничего не создают. Это тоже неправда. В долгосрочной перспективе семьи иммигрантов и беженцев не только способствуют росту экономики, но и платят больше налогов, чем получают помощи. Они делают страну сильнее и богаче, а ее финансы – более устойчивыми.
Учитывая эту динамику, стоит задать вопрос: если мы хотим платить за медицинское обслуживание для всех американцев, почему бы нам не впустить намного больше иммигрантов?
